Границы в анализе. Юнгианский подход

Оно предполагает способность сохранять связь с пациентом, проявлять заботу и терпение, и в то же время осознание пределов своих терапевтических возможностей. Агапе рассматривается как функция Самости (Ламберт, 2004).

В юнгианской литературе нередки завуалированные уходы от решения теоретических проблем, скрываемые за феноменологически метафорическими формулировками[14 - Например: «Если бы аналитик существовал совершенно обособленно от мира пациента и находился в безопасном и надежном месте за пределами этого мира, не было бы никакого эффективного анализа.

А если аналитик будет слишком близок с пациентом, если сила переноса и контрпереноса будет слишком велика, в результате потери границ анализ бы прекратился. Отношения аналитика и пациента образуют истинное поле трансформации для обоих участников, но очень сложно точно определить степень его воздействия. А так как эту степень определить невозможно и она легко изменяется, анализ остается одновременно и наукой, и искусством, как и считал Юнг – личными отношениями в обезличенных рамках» (Холл, 2006, с. 81).]. В психоаналитической литературе часто присутствует другая крайность: попытки вычленить конкретные элементы профессиональной аналитической позиции, представить нормативный перечень факторов[15 - Примеры: «Сохраняйте аналитическую нейтральность. Способствуйте психологической отделенности пациента. Получайте достоверную информацию для лечения и процедур. Взаимодействуйте с клиентами только вербально. Обеспечьте отсутствие прошлых, настоящих и будущих личных отношений с пациентами. Минимизируйте физический контакт. Сохраняйте относительную анонимность терапевта» (Simon, 1994, p. 514). [Необходимые качества работы аналитика]: «откровенность; избегание мышления в категориях «или – или»; акцент на анализировании, а не на реагировании; вежливое и уважительное стремление быть полезным; избегание отреагирования эгоистичных мотиваций и нейтральность» (Schafer, 1983; cited in: Gabbard & Lester, 1995, p. 50).]. Несмотря на определенную прагматическую ценность такого рода попыток (на них базируются положения профессиональных этических кодексов, в том числе и непсихоаналитических), их искусственный характер очевиден. Понятна и во многом обоснована их критика со стороны терапевтов других направлений, (см., напр.: Zur, Lazarus, 2006).