Миры Душ. Узы стойкости

Пока он тяжело трудился в шахтах, его мысли постоянно возвращались к подобным сказочным историям. Он отчаянно верил, что однажды вырвется из тьмы подземных коридоров и ям для рабов и сам станет одним из героев легенд. Ну, или хотя бы сможет встать рядом с такими людьми. Как бы ни было трудно, Кирен никогда не отчаивался и шел вперед. Даже когда руки стирались в кровь от кирки или ноги отказывались нести его дальше, он заставлял себя продолжать. Кирен понимал: если сдастся, то его просто растопчут и выкинут к остальным, кто сломался под тяжестью рабской жизни.

К двадцати годам ему становилось все труднее бороться с отчаянием и собственным бессилием что-либо изменить. Время шло, а впереди все так же маячила тяжелая и беспросветная жизнь. Но Кирен все равно не желал опускать руки. Если он так поступит, значит, все было зря. Десятилетия борьбы с судьбой обратятся в пыль, как и он сам – всего лишь еще один никому не известный раб.

Из раздумий Кирена вывел сильный и чистый голос Идзуми:

– Но я лично спустился сюда не для того, чтобы объявить о вашем освобождении.

Я пришел сюда, чтобы найти людей, достойных вступить в ряды рыцарей-знаменосцев.

Кирен непроизвольно поднял голову. Неужели это его шанс? Его мечта, которая придавала ему силы идти вперед, может на самом деле исполниться? Однако следующие слова гетмана охладили энтузиазм Кирена:

– Тот, кто одолеет меня, получит великую честь вступить в мой рыцарский круг.

Рабы вокруг охнули от слов Идзуми. «Это невозможно!» – пронеслось в толпе.

Один все-таки смог набраться смелости и робко спросил гетмана:

– Как нам сражаться с вами, если мы все закованы в цепи?

Едва тот успел закончить фразу, как Идзуми одним отточенным до совершенства движением взмахнул катаной перед собой. Лезвие рассекло только воздух, не более, но цепи кандалов порвались, словно меч со всей силы разрубил их. При этом ни один раб не получил и царапины.

– Еще какие-то проблемы? – ровным тоном спросил гетман.

– Оружие… – самым неуверенным в мире голосом попытался сказать один из бывших невольников.

– Кулаки! – грозно оборвал его Идзуми. – Я обошел уже пятьдесят пять ям и ни в одной из них не нашел человека, достойного моего ордена. Это место последнее. Здесь я тоже никого не найду? Отвечайте мне!

Большая часть рабов опустили головы, но один нашел в себе силы посмотреть в глаза гетману и вышел вперед:

– Я сражусь с тобой, – сказал он, потрясая разбитыми цепями.