Миры Душ. Узы стойкости

Паладин уже проявлял первые признаки недовольства, свирепо озираясь по сторонам в поисках любого, кто бы мог подвернуться под руку. Гайюс скорее поспешил к господину, чтобы направить его мысли в более мирное русло.

– Эти рыцари из пятого никак не могут ровно построиться! – бушевал Горо, найдя повод для выхода своего гнева. – Может, у них и принято решать все проблемы миром, но я силой заставлю их стоять ровно.

– Оставьте эти вопросы на совести их паладина, господин, – отозвался Гайюс.

– А, это ты, – Горо наконец заметил своего второго рыцаря.

 – Мог бы еще дольше сюда идти. Как видишь, мы никуда не спешим. Идзуми, как всегда, отправил сообщение сильно заранее, чтобы все точно успели собраться, и воссоединение с гетманом прошло «идеально».

Гайюс с трудом сдержал улыбку. Горо часто любил поворчать на тему стремлений гетмана к совершенству. Но при этом все знали, какая давняя и крепкая дружба связывает двух воинов. Очевидно, таким образом паладин просто сотрясал воздух, упрямо не желая демонстрировать окружающим, что способен на проявление каких-то других чувств, кроме гнева и ярости.

Тем временем к рядам второго круга подошел паладин Вандженс:

– Что-то Идзуми задерживается дольше обычного, – сказал он, сверяясь со своим хронографом.

Если сутью первого круга было стремление к совершенству, а второго – к яростным разрушениям, то третий круг был воплощением дисциплины и порядка. Неудивительно, что Вандженс так часто сверял время. Он наверняка уже успел мысленно переделать свой намеченный распорядок дня, чтобы не выбиться из графика.

Между ним и Горо также существовали крепкие, практически братские узы. Даже несмотря на то, что два паладина казались полными противоположностями. Тонкие и строгие черты лица Вандженса невероятно контрастировали с почти варварской физиономией Горо. А короткие и аккуратно подстриженные черные волосы не шли ни в какое сравнение с дикорастущей рыжей шевелюрой. Даже в выборе одежды Вандженс склонялся к простому, но элегантному мундиру темных и синих оттенков, когда Горо был облачен в кучу всевозможных цветастых халатов и накидок.

Было любопытно, что в присутствии Вандженса паладин второго вел себя иначе, гораздо добрее и радушнее, чем обычно. Возможно, так он подсознательно пытался компенсировать холод и безэмоциональность, излучаемую паладином третьего.

– Мне кажется, наш гетман уж слишком сильно возгордился, – проворчал Горо.