Шлиссельбургские псалмы. Семь веков русской крепости

По свидетельству современников, все Преображенское с его потешным Пресбургом превратилось тогда в страшное пространство Преображенского приказа, где лилась кровь, и воздух наполнился криками безвинных людей, преданных лютым пыткам. Ежедневно здесь курилось до 30 костров с угольями для поджаривания стрельцов. Сам царь с видимым удовольствием присутствовал на этой похожей на жутковатую мистерию пытке.

23 сентября наконец-то устроены были на европейский лад семейные дела Петра I. Жену его, царицу Евдокию, увезли в Суздальский Покровский девичий монастырь и там насильно постригли в монахини под именем Елены…

Ну а 30 сентября состоялась первая массовая казнь стрельцов.

Их везли из Преображенского к Покровским воротам[24 - Любопытно сравнить, когда у Евдокии вырвали ребенка, его повезли в Преображенское, а саму царицу – в Покровский монастырь.] на телегах, с зажженными свечами в руках. Здесь им был зачитан петровский указ:

«А у пущих воров и заводчиков ломаны руки и ноги колесами: и те колеса воткнуты были на Красной площади на колья; и те стрельцы, за их воровство, ломаны живые, положены были на те колеса и живы были на тех колесах не много не сутки, и на тех колесах стонали и охали…»

Петр в тот день, вечером был на пиру, устроенном Лефортом, и, по свидетельству современника, «оказывал себя вполне удовлетворенно и ко всем присутствующим весьма милостивым».

2

Так, с пострижения в монахини законной жены, матери наследника престола, с привезенного из Европы невиданной на Руси смертной пытки – колесования, и начиналась петровская европеизация нашей страны.

Иначе как сатанинской остервенелостью невозможно объяснить невероятную жестокость Петра в эти дни.

11 октября были казнены еще 144 стрельца.

12 октября. Казнено 205 стрельцов.

13 октября. Казнен 141 стрелец.

Поражает неутомимая изобретательность Петра I на все новые и новые зверства. Он сам лично отрубил головы пятерым стрельцам, а 17 октября приказал рубить головы стрельцам и своим ближайшим сотоварищам.

Члены «кумпании», прошедшие школу «всешутейшего собора», легко справились с экзаменом. Князь Ф.Ю. Ромодановский отсек тогда четыре головы, а Александр Данилович Меншиков – недаром так любил его Петр! – обезглавил 20 стрельцов.

Труднее было боярам. Превращая знатных представителей древних родов в палачей, Петр I не просто глумился над ними в устроенной мистерии, а ломал их.

«Каждый боярин, – пишет С.М.