Сны и желания

Через минуту мне придется уйти, но… на чем мы остановились?

Бежать отсюда немедленно! Она только что чуть не поцеловала Леонидаса Парнассиса, того самого мужчину, который, должно быть, празднует позор ее семьи. Энджел подумала о Делфи, которая сейчас так ранима. Ни она, ни сестра не должны расплачиваться за то, что произошло много лет назад.

Энджел отвела его руку, голос ее был холоден:

– Послушайте, я не знаю, во что вы играете. Мне надо возвращаться к работе. Если мой босс увидит меня тут с вами, то уволит.

Леонидас Парнассис долго смотрел на нее, потом расправил плечи и отступил на шаг. Дразнящего, игривого соблазнителя как не бывало, на его месте теперь стоял сын миллионера и наследник огромного состояния. Человек, который и сам покорил в жизни немало высот.

– Прошу прощения. – Голос его был ледяным. – Я бы ни за что не попытался поцеловать вас, если б знал, что вы находите такую перспективу отталкивающей.

Но по его поведению было видно, что он ни капельки не раскаивается. И тут Леонидас протянул руку и снова обхватил ее лицо.

Он больше не притворялся ни раскаивающимся, ни милым.

– Кого ты хочешь обмануть, лапочка? Даже и не пытайся, не выйдет. Я всегда узнаю признаки желания, и сейчас ты хочешь меня, как хотела там, у бассейна.

Энджел снова отбросила его руку, запаниковав уже всерьез. Если бы он только знал, кто она…

– Не смешите. И пожалуйста, уйдите с дороги, чтобы я могла вернуться к работе.

– Уйду, – бросил он. – Но сначала докажу, что ты лжешь.

Не успела Энджел опомниться, как Лео приблизился к ней, обхватил ее лицо ладонями и поцеловал, глубоко и страстно. Она попыталась оттолкнуть его руки и вырваться, но легче было бороться с ураганом.

Губы Энджел послушно раскрылись, приглашая, и язык Лео вонзился глубоко и безжалостно. Такой интимный поцелуй потряс ее до глубины души. Тело, вначале оцепеневшее от шока, теперь полыхало. Желание сопротивляться становилось все слабее.

Она не заметила, как оставила попытки высвободиться. В какой-то момент все вокруг перестало существовать, был только их поцелуй, который все длился и длился. Тела крепко прижимались друг к другу. Громкий стук сердец заглушал тревоги. Энджел привстала на цыпочки, стремясь быть еще ближе, почувствовала признаки его возбуждения, и рассудок оставил ее окончательно.

А потом вдруг все закончилось, и Леонидас отступил от нее.