Бодлер

Он нормандского знатного рода и всю жизнь гордо оставался нормандцем по духу и стилю: был не признающим демократию и материализм роялистом и рьяным, хотя и не ортодоксальным католиком. – Примечание Александра Белобратова.] дают представление об этом авторе: «В этом таланте и в этом уме Каин одержал верх над кротким Авелем – жестокий, изголодавшийся, исполненный зависти и дикий Каин, отправившийся в города, чтобы упиться хмелем злобы, который там бродит, и причаститься ложным идеям, празднующим там триумфы»[51 - J.

Barbey d'Aurevilly. Les oeuvres et les hommes. 3e partie: Les po?tes. Paris, 1862. P. 242.].

Эта характеристика совершенно точно указывает на то, что связывало Бодлера с Дюпоном. Подобно Каину, Дюпон «отправился в города», расставшись с идиллией. «Песня, как ее понимали наши отцы <…>, да и простой лирический напев не существуют для него»[52 - Pierre Larousse. Grande dictionaire universel du XIX si?cle. T. 6. Paris, 1870. P. 1413 (Article «Dupont»).].

Дюпон почувствовал кризис лирической поэзии, начавшийся с прогрессирующим разрывом между городом и деревней.

Одна из его строк невольно это выдает; он говорит, что поэт попеременно «внимает то лесам, то толпе». Массы отплатили ему за его внимание; в период революции 1848 года Дюпон был у всех на устах. Когда завоевания революции были утрачены одно за другим, Дюпон сочинил свою «Песню о голосовании». В политической лирике того времени мало что может сравниться с ее рефреном. Он – лист лаврового венка, который, по Марксу, заслужило «угрожающе мрачное чело»[53 - Marx К. Dem Andenken der Juni-К?mpfer. Cit. nach: Karl Marx als Denker, Mensch und Revolution?r. Ein Sammelbuch. Hrsg von D. Rjazanov. Wien – Berlin, 1928. S. 40.] борцов Июньской революции.

Fais voir, en dеjouant la ruse,

О Rеpublique! а ces pervers,

Ta grande face de Mеduse

Au milieu de rouge еclairs![54 - Pierrre Dupont. Le chant du vote. Paris, 1850 (Пагинация отсутствует).]

[Опять для нас готовят узы…

Но ты, порвав сплетенья лжи,

Республика, свой лик Медузы,

Им в блеске молний покажи!

    (Перевод В.

Дмитриева)]

Актом литературной стратегии было введение, написанное Бодлером в 1851 году к одному из выпусков стихотворений Дюпона. В нем можно обнаружить следующие диковинные высказывания: «Смехотворная теория школы искусства для искусства исключила мораль, а зачастую и страсть; оттого она не могла не оказаться бесплодной».