Глубочайшее доверие к жизни

И притяжение земли – это тоже любовь.

Любовь – это ночная тишина, щебетанье птиц, теченье рек, тишина Гималаев.

Когда начинает струиться ваша любовь, вы вдруг осознаете, что любовь струится повсюду – жизнь состоит из любви, существование создано из вещества под названием любовь. Но вначале она должна произойти с вами.

Человек дзен ведет такой же обычный образ жизни, что и вы. Но его обычность необычна. Его обычность обладает необыкновенным свойством: она излучает радость, праздник, она излучает свидетельствование.

Великий мастер дзен Лин-цзы говорит: «О, братья по пути, вы должны знать, что в практике буддизма нет ничего необычного, что вам следовало бы делать. Вы живете самой обычной жизнью, даже не пытаясь делать ничего особенного, – вы удовлетворяете свои естественные потребности, носите одежду, едите пищу, ложитесь отдохнуть, если устали. Пусть невежественные люди смеются надо мной. Мудрые поймут, что я имею в виду».

Лин-цзы говорит: «Не делайте ничего особенного, не будьте делателями.

Вы, наверняка, встречали таких невежественных людей. Они говорят: «И что это за религия? В какую ловушку вы попались? Ведь ваш мастер не учит вас ничему особенному».

Да, я не учу вас ничему особенному – потому что все идеи об особенности являются происками эго. Я учу вас быть нормальными, обыкновенными. Если вы сможете расслабиться и быть нормальными, обычными, вы вдруг засияете.

Лин-цзы прав, когда говорит: «Путь невежественные люди смеются. Мудрые поймут, что я имею в виду». Ешьте, пейте, веселитесь, как и все остальные. Не пытайтесь быть особенными. Но когда вы едите, оставайтесь свидетелями. Когда вы пьете, оставайтесь свидетелями. Когда веселитесь, оставайтесь свидетелями. И это свидетельствование изменит все. Само это свидетельствование является трансформацией.

Только это свидетельствование поможет вам осознать, кто вы.

Я не умру, я никуда не уйду,

Я буду здесь,

Но не спрашивайте меня ни о чем,

Я не отвечу.

Это последнее, предсмертное стихотворение Иккью. Согласно традиции дзен, когда умирает мастер, ученики просят его прочесть последнее стихотворение – сказать последнее слово, дать завет – последнее слово о смерти.

Иккью говорит:

Мы едим, испражняемся, спим и просыпаемся:

Таков наш мир.