Живая вода и магия аквариума

– Не желаете ли вы, попробовать эти сигары, – обратился Вольф к банкиру, – и хоть они и не гаванские, но, я знаю, Вы знаток, они понравятся вам. Сигары напоминают лучшие сорта гаванских, но, как Вы видите, более светлые, скрученные из золотистых листьев.

– О, очень славные сигары, – произнес банкир, с видом знатока, глубоко затягиваясь.

– Сигары изготовлены из разновидностей морских водорослей, богатых никотином, – опять произнес Вольф фразу капитана Немо и распахнул дверь, расположенную напротив той, через которую гости вошли в библиотеку.

Гости оказались в огромном, великолепно освещенном салоне. Это был зал со срезанными углами, длиной в десять, шириной в шесть и высотой в пять метров, точь в точь, как в романе Жюля Верна. Скрытые в потолке, украшенном изящными арабесками, лампы заливали ярким, но не резким светом чудеса, собранные в этом музее. Да, это был настоящий музей! Мы с Вольфом разместили здесь сокровища водного царства и мои полотна с видами моря в том живописном беспорядке, который отличает жилище художника. Посреди салона бил, освещенный снизу фонтан; струйки воды ниспадали в бассейн, сделанный из одной гигантской раковины – тридактны.

Вокруг бассейна, в красивых стеклянных витринах, отделанных медью, были расставлены самые драгоценные морские редкости.

Вольф подошел к ним и загадочно произнес:

– А теперь понаблюдаем за тем, что вокруг нас.

После этих слов салон вдруг погрузился в абсолютную темноту: свет, струящийся с потолка, погас. Внезапно салон опять осветился, но теперь свет проникал с обеих сторон, сквозь два овальных отверстия в стенах.

Водные глубины были ярко освещены. Два окна отделяли гостей от морской воды.

Голос Вольфа мягко звучал в тишине:

– "Море" великолепно видно. Какое необычное зрелище. Кто может передать этот изумительный эффект…, мягкую гамму переходов от света к тени, неописуемое богатство полутонов!.. Всем известна прозрачность морской воды – она чище, чем самая чистая ключевая вода… В некоторых местах океана сквозь огромную толщу воды отчетливо видна каждая песчинка на дне.

Полутьма, царившая в салоне, усиливала эффект наружного освещения, и гости смотрели сквозь стекло гигантского аквариума.

Какой странный мир, – задумчиво произнес Вольф, – здесь животные цветут, а растения не дают цветов!

Немного помолчав, он добавил:

– Всем известно, что рыбы делятся на два подкласса: костистых и хрящевых…

– Ничего подобного, – перебила Вольфа дочь банкира.