Духовно-аскетические беседы

Это видение мира,  как света  и  божественной  энергии, так  сильно  потрясает  человека, что у  него исчезают  последние  сомнения  в  том, что  повседневный  мир  –  это  совершенная иллюзия, созданная  Богом  для  воспитания  душ  познанием  добра  и  зла  посредством   игр  в  долгий   поиск  выхода  из  этой  иллюзии  в миры  более совершенные и  подлинно божественные. Это и есть задача спасения  души.

На этом  всё, мой  дорогой.

– Благословите,  отче, за  назидание  и вразумление.

– Бог благословит…

Разговор монаха со старцем об аскетике и таинствах

…продолжение…

– Здравствуйте, отче.

– Здравствуй. Ну как тебе наш последний разговор о ночном бдении?

– Отче, я  очень  долго  думал  над нашим последним  разговором о богомыслии  и созерцании  и у меня  возник  вопрос.  А почему в  церкви  нет  такой  науки, которая  бы описывала все ступени духовного подвижничества по  учению  отцов?

– Ты  задал прекрасный  вопрос,  дорогой  мой друг, который  задаёт  себе каждый, кто  сталкивается со святоотеческим  духовным наследием и преданием святых отцов Восточной Церкви.

  Дело в  том, что  такая  наука в  церкви  есть и  она  называется православной аскетикой, хотя  это уже  не  совсем  та  аскетика, которой следовали первые  отцы – подвижники.  И у  меня  даже  язык  не  поворачивается назвать современную аскетику согласным  учением  отцов  о  душе.

– А в  чем между  ними разница? – поинтересовался монах

– Разница в  том, что в  современной аскетике отсутствует практически вся мистическая сторона подвижничества,  включая  высшие  ступени духовного знания  и  делания, связанные с  достижением духовного совершенства.

  Современная  аскетика – это путь и зание о достижении  не  духовного, а  только  душевного и нравственного совершенства.

– Каким  образом это могло произойти?

– Естественным, – спокойно ответил старец.  – По мере  уменьшения  числа  духовных учителей  и подвижников,  вместе с  ними уходило и их  сокровенное духовное  знание и  каждое новое  поколение  верующих  не  поднимало, а  всё  более  опускало  планку  духовного знания  и  духовной требовательности.

  В  итоге  за   две  тысячи лет  духовное  совершенство  и  опустилось на  уровень нравственного совершенства  и все стали считать  высокую душевность  и  нравственность  проявлением  высокой духовности и святости.