Русский след. История Нобелевской премии

Нобель быстро снарядил несколько действующих экземпляров своего «устройства для подводного взрыва» и поставил их на якорях в паре десятков метров от берега реки. В качестве «неприятельского судна» была использована старая рыбацкая лодка, которой управляли четыре матроса.

Изобретатель лично несколько раз проинструктировал экипаж о порядке действий при выполнении поставленной боевой задачи: подорвать лодку и не подорваться самим. К счастью, русские моряки поняли шведа правильно. Они направили лодку прямо на одну из установленных мин, а за несколько секунд до столкновения легли лицом вниз на корме и закрыли головы руками.

Прыгать в воду Нобель категорически запретил, дабы избежать тяжелой контузии: взрывная волна в воде была значительно сильнее воздушной.

Все прошло как нельзя лучше. Едва лодка коснулась торчавшего из мины кончика активатора, раздался взрыв, в воздух поднялся средних размеров столб воды, смешанной со щепками, в которые превратился нос судна. Оставшаяся ее часть быстро погрузилась в воду, а моряки, одетые в надувные рюкзаки Нобеля, выбрались на берег целые и почти невредимые.

Потом Эммануил рассказывал сыновьям, что когда мина взорвалась, начальник инженерного корпуса генерал Шильдер дико закричал, бросился к Нобелю, сдавил его в объятиях так, что у того чуть не треснули ребра, несколько раз поцеловал, после чего пустился в пляс. Оказывается, царь уже давно и во все более категоричной форме требовал разработки средств защиты российских гаваней на случай военных действий, однако ни подводная лодка Шильдера, ни гальванические мины Якоби не могли удовлетворить требований монарха, и теперь все генеральские надежды обратились на молодого шведа.

Нобель наивно ждал, что Шильдер сразу бросится к царю на прием и уже через месяц, в крайнем случае – через пару месяцев, российское правительство купит у него патент на подводную «пиротехническую мину», как назвали в России его «устройство для взрыва» в отличие от «гальванической мины» профессора Якоби.

Не тут-то было. Не совсем понятно почему, но дальше испытаний в имении дело не пошло. Что-то изменилось при дворе, и генерал не стал хлопотать за «иностранного господина Нобеля».

В октябре 1839 года по личному указу Николая I был создан специальный «Комитет о подводных опытах», в число «главных предметов» которого входило «Усовершенствование… подводных мин, исследование силы действия их на тела, плавающие и погруженные».