На пути к сердцу. Записки кардиохирурга

Ночь была настолько темной, какой может быть только в летнее время в горах, поэтому отцу не удалось разглядеть их лица. Они гнали украденных быков из села, которые по стечению обстоятельств оказались нашими. Завязалась борьба: отец получил несколько ножевых ранений, и ему чудом удалось вырваться от них и дойти домой. К счастью, ранения были не смертельными, но привели к приличной кровопотере. Я до сих пор не люблю вид крови, хотя моя работа связана с ней: всегда стараюсь минимизировать потерю крови во время операций…

К действительности меня вернул удар зажима по руке, которым меня наградил оператор из-за моей рассеянности.

Рука долго болела, но я не был в обиде на него, так как не имел права отвлекаться. Алекси закончил операцию, как это часто бывало, блестяще и, поблагодарив всех, удалился. Малыш постепенно шел на поправку, и я радовался вместе с родителями, которые сияли от счастья за свое чадо. Ясно, что мать и отец буквально ловят каждое слово, если это касается здоровья их дитя. Когда что-то не так, вы можете уловить следы глубоких страданий на лице самых терпеливых родителей, и, наоборот, при положительных результатах они способны выражать такие эмоции и быть настолько счастливы, что наблюдателю может передаться ощущение самого счастливого мгновения в их жизни. Малышку с родителями вскоре выписали: больше не довелось с ними встретиться, так как меня перевели в отделение кардиореанимации, где следующие шесть месяцев я должен был постигать азы реанимации.

Инфаркт миокарда – страшная болезнь, которая занимает лидирующую позицию по уровню смертности.

В романе «Доктор Паскаль» Эмиля Золя красочно и выразительно описано это грозное заболевание: «Паскаль, уснувший наконец после бессонницы, полный лучезарных надежд и мечтаний, внезапно пробудился от ужасного приступа. Ему казалось, что какая-то огромная тяжесть, что весь дом обрушился ему на грудь и его грудная клетка сплющилась до самого позвоночника. Он задыхался, боль охватила плечи, шею, парализовала левую руку. Но несмотря на это, он ни на минуту не потерял сознания: у него было такое чувство, что сердце его останавливается и жизнь вот-вот погаснет в этих ужасных тисках удушья. Обливаясь холодным потом, он… упал на кровать; он не мог больше ни пошевельнуться, ни вымолвить слово. В глазах Паскаля еще сохранилась жизнь: челюсти его были сжаты, язык прикушен, лицо изуродовано мукой».

Утро началось со звонка заведующего отделением кардиохирургии.