Понятие преступления

Киев, 1976. С. 11.] Хотя в конце работы он попытался обосновать определенную специфику правовых понятий и их внелогические особенности,[13 - Там же. С. 139–147.] однако данные попытки вряд ли приемлемы и мало убедительны. Все выделенные автором особенности понятий права в целом можно соотнести с понятиями иных отраслей науки, распространить на них и доказать их внелогические особенности. Тем не менее при этом В. К. Жеребкин вынужден признать, что «логико-гносеологический процесс формирования и выработки понятий не дополняется какой-либо внелогической, социальной процедурой (курсив мой.

 – А. К.)»,[14 - Там же. С. 140.] т. е. если и существуют какие-то внелогические особенности правовых понятий, то и они действуют в рамках логических правил. Трудно сказать, как все это понимать.

Если диалектика развития уголовно-правовых явлений и история науки как-то представлены в работах отдельных авторов, хотя бы с 1917 г., а изредка и более глубоко исторически,[15 - См., напр.: Кульчар К. Основы социологии права.

М., 1981; Спиридонов Л. И. Социология уголовного права. М., 1986; Карманьего. Юридическая социология. М., 1986; Марцев А. И. Диалектика и вопросы теории уголовного права. Красноярск, 1990; Бытко Ю. И. Понятие рецидива преступления. Саратов, 1978, и др.] то правила формальной логики в целом не находят места даже в тех немногих случаях, когда авторы о них упоминают, но сами им не подчиняются. Например, К. А. Панько раскрывает правила классификации и тем не менее выделяет неоднократность, систематичность, промысел, реальную совокупность как одноуровневые, самостоятельные разновидности повторности,[16 - Панько К. А. Вопросы общей теории рецидива в СУП. Воронеж, 1988.] не задаваясь вопросом, действительно ли они одноуровневые и самостоятельные разновидности; не может ли реальная совокупность выступать в виде неоднократности, систематичности, промысла, и, естественно, не отвечая на него.

На этом фоне возникает масса сложных вопросов по решению проблем единичного преступления и их множественности.

Думается, одной из основных проблем в этом плане является то, что в теории уголовного права до сих пор не решено, с чем она сталкивается, когда идет речь о единичных или о множественных преступлениях: либо с совершенным конкретным лицом конкретным преступлением, либо с видом преступления, отраженным в диспозиции нормы Особенной части. Отсутствие такого решения приводит ко множеству неудач при рассмотрении вопросов классификации. Например, В. П.