Путеводитель по современным страхам. Социология стрёма

Так, чтобы сообщение было успешно передано и получено, оно должно быть закодировано – в форме речи или иных образов, при личном общении или же с помощью технологий, при передаче на большие расстояния или же для других целей. Успешность передачи информации зависит не только от качества технологий, которые мы используем. Важно правильно ими воспользоваться – направить микрофон на рот, а не мимо, настроить передатчики друг на друга и тому подобное. Очень мало, что так раздражает, как плохой сигнал телефона во время разговора, когда собеседник слышит только обрывки слов.

Это связано как с отсутствием контроля над этой ситуацией, так и с тем, что в этот момент наша коммуникация зависима от несовершенных способов ее доставки.

Нас пугают искаженные радиопередачи и статические экраны, потому что они являются цифровым эквивалентом аналоговой гнили.

В историях о Слендермене помехи оборудования рядом с ним подтверждают наши худшие страхи: нет выхода из энтропии. Все вещи тяготеют к распаду и разложению.

Строгий костюм также имеет свои прототипы и восходит, в контексте сетевого фольклора, прежде всего к Людям в Черном, которые скрывают свои лица за широкими черными очками, что вкупе с одинаковыми костюмами делает их неотличимыми друг от друга и по-своему безликими. Основной мотив, связанный с историями про людей в черном (они не ограничиваются фильмами серии «Люди в черном», скорее, наоборот, фильм использовал и развил корпус городских легенд) – что они являются агентами правительства, которые запугивают людей, прежде всего тех, которые видели то, что им не следует видеть (в массовой культуре прежде всего – об НЛО).

В другой интерпретации они сами являются пришельцами.

Следует отметить некоторую общность спецслужб и пришельцев в массовом сознании в части похищений людей.

Этот образ восходит к страху перед невидимым глобальным порядком. На этом же страхе строятся теории заговоров.

Но также этот образ имеет более близкую с исторической точки зрения, гораздо более подавленную и вытесненную, по-настоящему мрачную подоплеку.

Нацистские концентрационные лагеря были смоделированы на основе скорости и эффективности промышленных сборочных линий Генри Форда, которые, в свою очередь, были смоделированы на основе скорости и эффективности чикагских скотобоен[11 - Patterson, Charles. Eternal Treblinka: Our Treatment of Animals and the Holocaust. New York: Lantern Books, 2002.].