Каждый второй уик-энд

Что бы Шелли ни говорила – а болтала она много, – я ни разу не слышала от нее угроз. Я и не думала, что она способна на такое. Однажды я видела, как мама выволокла ее из дома за волосы, а Шелли только расплакалась. Неужели за фасадом куклы Барби скрывался монстр?

Я полагаю, что угроза взрослого ударить тебя вызывает естественный страх, но Шелли даже этого не могла мне внушить. Она превосходила меня в весе килограммов на пять – это без учета сисек, – хотя преимущество в возрасте было не столь значительным.

У некоторых моих друзей были братья и сестры гораздо старше ее.

Похоже, Шелли и сама догадалась, что ее тактика запугивания провалилась. Она вздохнула.

– Скоро здесь все изменится. Я тебе обещаю.

– Даже не сомневаюсь в этом. – Я выудила из-под подушки пульт от телевизора и жестом попросила ее отодвинуться, чтобы не закрывать мне обзор. Она даже не шелохнулась.

– Я знаю, ты считаешь меня временным вариантом, но одна из нас жестоко ошибается.

Я включила телевизор и устроилась поудобнее, чтобы сосредоточиться на экране.

– Ты же не думаешь, что он собирается жениться на тебе?

Шелли вскочила на ноги и не совсем уверенно взмахнула рукой.

– Зачем ему нужно, чтобы ты бывала здесь? Ты когда-нибудь думала об этом? – Ее брови взлетели. – В отличие от твоего нового друга-соседа, отец не проводит с тобой время, не так ли? Сегодня выходной, а он предпочел быть на работе. Снова.

Я сжала пульт так крепко, что побелели костяшки пальцев, но голос мой звучал ровно:

– В этом и заключается фундаментальная разница между нами, одна из многих.

Я нахожусь здесь, потому что моему отцу доставляет удовольствие отбирать что-либо у моей мамы, даже то, что ему даром не нужно. – Я почувствовала, как дернулось у меня веко от такого признания, при всей моей уверенности. Я не могла полностью раствориться в безразличии, которое пыталась демонстрировать перед Шелли. Я одарила ее улыбкой из тех, что обычно приберегают для видео с кошками, неловко преодолевающими препятствия.  – Ты здесь потому, что мой отец считает нелепостью платить за секс.

Думаю, Шелли все-таки влепила бы мне пощечину, если бы находилась на расстоянии удара. Вместо этого она посмотрела на меня полными слез глазами, а затем решительно прошагала в комнату, которую делила с моим отцом. Она так сильно хлопнула дверью, что одна из картин на стене с грохотом упала на пол.

Я не стала поднимать.