Каждый второй уик-энд

И это не дало разгореться той вражде, что вечно вспыхивала между нами двумя.

– Кто голодный? Я приготовила жареную курицу, а на десерт – яблочный пирог. – Мы оба охотно откликнулись и, пропуская ее вперед, зашли в дом, обменявшись взглядами. Никаких улыбок и беззвучных слов, но я знал, что мы оба сделаем все возможное, чтобы заставить ее забыть о том, что она провела выходные в одиночестве. Джереми воздерживался от того, чтобы возлагать вину на кого-либо из наших родителей, и пусть бы он оставался «и вашим и нашим» – сейчас я большего от него не требовал.

Спустя час мама притворно ужаснулась, увидев, что мы с Джереми умяли весь пирог.

– Есть еще? – спросил я. Тогда она действительно не на шутку перепугалась, но, вероятно, больше из-за угрызений совести, потому что не испекла второй пирог на всякий случай. – Мам, шучу. Если серьезно, из меня уже обратно все лезет. Это не шутка. Я бы остановился после пары кусков, но, когда Джереми потянулся за третьим и последующими, у меня включился комплекс неполноценности младшего брата.

– Я могу испечь еще один. – Она уже отодвинула стул, чтобы выйти из-за стола, но я остановил ее, положив руку ей на запястье.

– Мам. Сиди. Не такой уж он и вкусный.

Мама выдохнула, но это перешло в смех.

– Я знаю, ты нарочно дразнишь меня. Сам уминал за обе щеки.

– Тот, последний кусок я съел чисто из жалости. Пирог ужасный. Терпеть не могу яблоки.

Мама снова засмеялась, еще более искренне.

– Мне понравилось, – сказал Джереми, и мама потянулась через стол, чтобы похлопать его по руке.

– Спасибо тебе, милый.

Мама попыталась прогнать нас, чтобы мы распаковали вещи, пока она моет посуду, но я задержался на кухне после ухода Джереми.

– Мам?

Она стояла у раковины, ополаскивая тарелки и загружая их в посудомоечную машину. Она посмотрела на меня через плечо.

– Передумал насчет пирога?

Я взял у нее только что очищенную тарелку и поставил ее в посудомоечную машину.

– Я рад, что вернулся домой, вот и все.

Она все крутила в руках другую тарелку под краном.

– И я тоже. Я… я не думала, что это будет так трудно. Сколько матерей хотели бы проводить по нескольку дней в одиночестве? В следующий раз мне будет легче. Я придумаю, чем себя занять, и время пролетит быстрее. – Она кивнула мне и наконец оставила тарелку в покое. – С отцом все в порядке?

– Наверное, в порядке.