Как обмануть мажора?

 – Парень подмигнул, а во мне начал разгораться пожар. Он поднимался от кончиков пальцев и обжигал меня изнутри.

– Какая стильная плитка! – выпалила я, Елагин, привыкший к моему немногословию, вздрогнул и развернулся. Проскользнула мимо него и начала рассматривать каждую деталь, медленно двигаясь по периметру помещения. Ощупала стену, переключилась на джакузи. Повернулась к парню спиной, достала телефон и шёпотом наговорила голосовое сообщение Ксюше: «Немедленно приезжай и вытаскивай меня отсюда. ЧП!!!!!»

– Опа! Ты пронырливая журналюга.

Внедрилась в универ, чтобы добыть материал о семействе Елагиных? Ловко ты меня сделала. Давай телефон, я изымаю все записи.

– Нет-нет! Что ты?! Я вовсе не… – Меня затрясло от стыда и ужаса. И как я могла решить, что отправляю голосовое сообщение незаметно?!

Стас от души расхохотался, откинув голову и хлопнув в ладоши. А я достигла точки кипения. Воспользовалась моментом и вылетела из ванной. Бежала по ступеням сломя голову, перепрыгивая через одну.

Не видела ничего вокруг. Пульс превысил норму в пару раз, в ушах раздавались удары сердца. Но я летела вперёд, рвалась к спасению, как зверёк, выбравшийся из ловушки охотника. Остановлюсь, замешкаю, Елагин догонит и схватит меня, сцапает своими лапищами. И тогда мне конец.

Глава 8

Ксюша

На телефон голосовые сообщения до смерти перепуганной Юли: «Ты скоро? Я прячусь от Стаса на парковке», «Он вышел. Ищет меня. Поторопись. Мне страшно», «Не могу больше здесь торчать, прокрадусь по подъездной дороге.

Надеюсь, не вычислят. Забери меня отсюда!» и всё в этом духе.

Я пыталась успокоить сестру: «Не сходи с ума. Ты не в триллере. А Стас не преступник. У него нет злых намерений. Никто тебе не навредит. Не бойся. Выдохни и не накручивай себя. Тороплюсь, как могу. Держись!».

Одиннадцатый час ночи. Я в джинсах, чёрном худи и даже в кроссовках приоткрыла дверь нашей комнаты, высунула голову в коридор и прислушивалась. В квартире погашен свет.

Родители ушли отдыхать к себе. Из их спальни доносился приглушённый звук включенного телевизора. Можно смело предположить, они уже дремали, вымотанные работой. Но был риск, что ближе к одиннадцати папа отправится на кухню перекусить, наблюдалась за ним такая привычка. Мне следовало ускориться.

Дежавю колокольчиком зазвенело в груди. Когда нам было пятнадцать-шестнадцать лет, родители категорически запрещали нам с сестрой гулять после одиннадцати вечера.