Мажор, ты станешь папой

А мы тут активную деятельность развели. Давай пару дней подождём. А там уже видно будет. В конце концов, ещё ничего не ясно.

– В том-то и дело, что не ясно. Ксюш, у задержки множество причин, не только беременность. Не стоит тянуть время. Надо узнать, в чём именно дело.

– Если у меня просто сбой, то спешка ничего не изменит. Всё само скоро наладится. – Поджала под себя ноги в подобии позы лотоса, накинула одеяло на плечи и скрестила его углы на груди. – А если не сбой, я, кажется, знаю, когда всё случилось.

В жизни не слышала от Юли столько ругательств за раз. Сейчас она не стеснялась и не сдерживала себя в выражениях, а я и не догадывалась, что она вообще знала такие закрученные и перчёные фразы. Но они летели одна за другой, сдобренные возмущёнными жестами и соответствующей мимикой.

– Ой, Юль, ну чего ты так нервничаешь? Я же только высказала предположение. А ты сразу… вон что… да ка-ак…

– Уши прижала? Давай по порядку, что именно и когда произошло, – обеспокоенно велела раскрасневшаяся сестра, немного выпустив пар.

– Сразу повторюсь, я могу ошибаться. Выводы делать рано.

Юля закатила глаза и обречённо прикрыла лицо ладонью, второй рукой помахала мне, поторапливая к рассказу.

– В общем… В Швейцарии случилось кое-что странное. В день, когда мы приехали. Получается… Да, точно, второго января. Я и забыла совсем. Только сейчас вспомнила. А так даже значения не придала. Ну как, я заметила, конечно. Но решила, что это так, ничего серьёзного. А вот теперь не знаю. Хотя, наверное, фигня.

– А с больным ли? Ксюха, внятно и детально расскажи мне, что именно случилось. Без своих предположений. Тупо факты. Давай. Жги.

– Я проснулась, а Стаса не было в спальне.

– Промотай вперёд. Это я уже знаю.

– Ёлка была обалденной. А он ещё круче.

В итоге Юля дожала меня, и я выложила всё, как было, в малейших деталях. Когда замолчала, сестра подытожила:

– Приехали.

– Тьфу, ты подумала, что я…

– У нас два симптома: задержка и тошнота. С учётом косяка твоего Елагина, диагноз очевиден. Но мы не делаем выводы. Мы одеваемся.

Теперь мне в руки прилетели джинсы. Сестра приступила к сборам, а я никак не могла сдвинуться с места. Тошнота прошла. Вместе с ней и слабость. А вот страх ещё сильнее пульсировал по венам, от чего меня сильно потряхивало.