Две силы

Они набросились на проповедника и принялись скручивать ему руки. На землю грохнулся молот, а уже об него звякнуло зубило.

– Это моё! – отчаянно воскликнул несчастный, – я всегда ношу эти вещи с собой!

– О, несомненно, – покачал головой Артанис, – такие ценные регалии проповедников. Почти, как Святое Писание, – нагло ухмыльнулся он, – кажется, у тебя не получилось спасти их души, поэтому ты решил спасти их тела?!

– Я… Это совсем не то, чем кажется, – жалобно заскулил тот.

Он попытался вырваться, но его крепко держали. Поэтому у него получилось лишь растянуть бинты на своей руке.

– Секунду, – Старший Инквизитор сразу напрягся, – что у тебя с рукой? Отвечай! – со сталью в голосе спросил он, – размотайте тряпки!

– Я поранился! Упал на камень в степи! – отчаянно завопил несчастный, – не надо! Там страшная рана! Я едва смог остановить кровь! Не надо!

– Отпустите уже его! – просипел позади Чизман, но тут же получил в бок сапогом и сразу затих.

Валера же молчаливо смотрел на это зрелище, пытаясь понять, чем же всё закончится.

Монахи прижали проповедника к земле, а один из них принялся разматывать окровавленную ткань. Наконец, он стянул тряпку и закатал несчастному рукав. Все вокруг испуганно охнули.

Валера ошарашено уставился на руку этого мужика. Там были жуткие зарубцевавшиеся шрамы на внутренней стороне запястья. Будто бы очень давно кто-то срезал оттуда кожу.

Подумать только, что за чудовище могло сотворить такое с человеком?! От одного этого вида парень оторопел, сразу задумался, сможет ли он выдержать подобное?!

Но самое главное было не это. На этом месте был вырезан символ. Разомкнутый вверху круг и остроконечный крест поверх него. Кровь ручейками текла из ровных надрезов, спускаясь вниз, к локтю. Исчезали эти ручейки, впитываясь в складки рукава рясы. Все вокруг перепугано смотрели на этот знак.

– Ересь! – неистово завопил Артанис, взглянув на запястье проповедника. Монахи вокруг испуганно отшатнулись, но сам инквизитор даже не дрогнул. Он выставил вперёд руку, ткнув пальцем в несчастного, что лежал перед ним, и прошипел, – ты знаешь, что теперь тебя ждёт.

– Нет! – отчаянно завопил тот, – прошу! Прошу вас! Знак сам появился! Я ничего не делал! Смилуйтесь! – он принялся рыдать, всё ещё пытаясь вырваться на свободу.