На стороне зла

– Вот-вот! – отозвался первый, – но ничего! Наша крепость приготовилась к осаде, так что стены крепкие, а запасы огромные!

– Верно! – широкоплечий толстяк прикатил им тачку с раствором и сразу влез в их разговор, – враги даже перестали палить по нам! Видимо, поняли, что это бесполезно! Того и гляди – убегут назад!

Рабочие рассмеялись, переглядываясь с друг другом в свете дрожащих факелов. Обстрел действительно прекратился слишком быстро.

Бахнуло только что-то жуткое, оставив после себя большой пролом, а потом всё – огромная армия снова затихла, продолжая перекрывать выход из ущелья.

– Готов поспорить, что убегут! – тощий паренёк отложил кирку в сторону и выпрямился, разминая плечи, – и к утру их уже здесь не будет!

– Вот-вот! – поддержал его товарищ, вставляя обтёсанный камень в кладку, – мы ещё их потом по всем степям будем гонять, верно ведь, а?! – он обернулся назад, поскольку все резко затихли.

Над ним стоял их мрачный седовласый командир, что управлял работами на третьем уровне. Ветер трепал его волосы, а суровый взгляд нацелился прямо на паренька.

– Наш враг затаился. А это гораздо хуже всяких обстрелов, – хмуро протянул он и оглядел остальных, – они что-то затевают. И поверьте мне, вам это не понравится! Где ваше оружие и броня, салаги?

– Но оно нам только мешает! – вякнул толстяк, повесив нос, – меч шлёпает по ногам, мешая ходить! А с этими латами даже нормально не нагнёшься!

– Когда эти твари заберутся на стены, ты сразу пожалеешь о своих словах, – резко ответил ему командир, – всем вооружиться и быть наготове! Я чувствую, что сегодня ночью всем будет не до сна!

– Вы действительно так думаете?! – изумился тощий и махнул рукой в сторону врагов, – думаете, что они пойдут на приступ?

– До того, как прийти в Орден Порядка, – старик снова оглядел уставившихся на него парней, – я служил в одном из Северных Королевств.

И ещё в молодости получил стрелу в колено! – он ткнул себе в ногу пальцем, – теперь перед боем у меня всегда ноет эта старая рана. Можете мне не верить, но эта примета никогда меня не подводила, – он развернулся и захромал прочь в темноту.