Стальной донжон

Его собеседник грохнулся на сидушку.

– Мы пришли туда. Встали под стенами Белой Крепости, – начал тот, – а эти южане засели там. Наш Бьор что-то предлагал Торальду, какую-то стратегию, – Гарок вяло махнул рукой, – что-то там выдумывал! Но наш король не стал унижаться! Утром он повёл нас на штурм! Мы бросились на эти стены, словно дикие звери! Тащили лестницы, верёвки. А они… – он с болью прикрыл глаза, – они ответили нам. У них было такое…. В нас летели стрелы толщиной с мою руку! Я видел, как наших пробивает ими насквозь! Огненная жижа лилась на наши головы! Но мы взяли её, взяли Тропф! Забрались на стены и пробились через сотни южан! – его взгляд вдруг протрезвел, сам он осунулся, – там я потерял руку.

Ублюдок выскочил на меня, махнул топором и всё…. Одна битва и я калека! – произнёс бедняга, заскрежетав зубами, – помню, как хрустнула кость, – пробормотал он, скатываясь в шёпот. Опьянение вновь нахлынула на него, – многих тогда потеряли…

– Стоило ли это того? – трактирщик Оларк подставил ему новую кружку.

Хлопнул несчастного по плечу, глянул на Тропфа, – ничего ведь не поменялось… – пробормотал он, уходя прочь.

– Потому что Кронос ещё жив! – прорычал Гарок, схватился за ручку, подтянул к себе пиво, капнув пеной на стол, – пока жив этот тиран, нам не видать мирной жизни! Король Торальд сказал, что эта тварь до сих пор смотрит на наши земли! Хочет забрать их! Отнять! Поэтому нужно идти туда! Разрушить Стальной Донжон, убить тирана! – он щедро отхлебнул из кружки, – вот тогда мы и заживём!

– Послушай, – Тропф напрягся, – а ты видел моего отца? И брата? Что с ними случилось?

– Нет, – махнул головой тот, грязные пряди закачались, – они были в другом месте.

Но я знаю, что Кронос виновен в их смерти. Как и в смертях многих других. Король Торальд говорил, что если мы ничего не сделаем, то этих жертв станет ещё больше, – Гарок глянул на него исподлобья, – его безжалостные армии с этими жуткими машинами придут и сюда. Выжгут тут всё, – он осушил кружку, грохнул ей об стол, – надо остановить их. Надо отомстить… – голос его поник, а голова рухнула на грудь. Калека захрапел. Тропф посмотрел на него и поднялся на ноги.

Вышел наружу, глянул на заходящее солнце, на белые и пушистые облака. Горные пики над их деревней были всё так же величественны и безмолвны, как и всегда. Поднималось на их подножье зелёное море травы с редкими пышными кронами деревьев.

Над домами в деревне уже поднимался дымок – топили печи.