Стальной донжон

Что-то искали, но что? Вот Тропф и притих, надеясь услышать ответ на этот вопрос.

– Лазить будем столько, сколько надо, – недовольно прорычал в ответ Ревар.

– Кому надо? – не унимался Кирд.

– Королю, – бросил главарь и глянул на Тропфа, – ты караулишь. А вы двое – спать, – отрезал он. Вытащил из рюкзака шкуру и бросил у костра. Улёгся сверху, закрыв голову. Два его спутника спорить не стали и принялись укладываться.

Только Тропф остался сидеть у огня. Он подкинул ещё дров, чтобы его спутники не мёрзли. Беднягу тоже клонило в сон.

Всё-таки днём шёл, ночью караулил. Ещё и тащил свой здоровый рюкзак, все припасы в нём. Но парень крепкий был. Справлялся. Глядишь, приметят, повысят из новобранцев до бойца…

Спутники быстро уснули. Ветер всё так же шумел в ветвях и сметал снежную крупу. Звезды мерцали на ночном небе. Тихо тут было. Одиноко. Тропф тяжело вздохнул. Здоровяк Кирд что-то пробурчал во сне, зачавкал губами. А искры летели над ним, исчезая в ночи.

Парень поёжился от холода. В его родных краях сейчас хорошо.

Ночью лёгкий ветерок приносит с полей запах скошенной травы и аромат цветов. Тех, белых, что распускаются только с восходом луны и пахнут мёдом. Так хорошо вдыхать этот свежий воздух, развалившись в стогу, после плотного ужина. Сразу же жутко захотелось туда…

Но Тропф тут же устыдился своих мыслей. Разве должен настоящий северянин так думать? Нужно превозмогать все невзгоды, чтобы бороться за свободу родной страны. Так говорил отец, так говорили собратья в лагере, так думал он сам.

Чтобы отвлечься, парень вытащил из-за пазухи небольшую булку и тут же воровато огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что его спутники спят. Кусочек белого хлеба, всё ещё вкусно пах, несмотря на то что уже успел немного зачерстветь. Даже лепёшки из лагеря не могли сравниться с ним. Тропф глубоко вдохнул аромат и в животе у него предательски заурчало.

Гард вдруг зашевелился во сне. Парень испугался и спрятал булку обратно, а то вдруг тот ещё заметит. Здоровяк затих, а Тропф подкинул ещё пару веток в огонь.

Искры взлетели вверх к горным вершинам и начинающему светлеть небу.

– Ещё не дрыхнешь? – вдруг просипел Ревар, поднимаясь с лежанки. Потянулся, покосился в сторону парня, – молодец, – хмыкнул он, – иди, вздремни пару часов. А то уснёшь на ходу!

Он сложил шкуру в несколько раз и уселся на неё, пошевелив углы в костре. Вид у него был ещё сонный, а его борода торчала, словно лишайник на сухом бревне.

Тропф же не стал медлить.