Затворник в Горной Твердыне

До лагеря было метров десять-двадцать. Только фигуры видно на фоне огня.

– Что ты мне сделаешь? – проревел Харви, расставляя руки в стороны, – давай, скажи пацанам! Зверя он выдумал. Тут дичи во всём лесу нет. Эльфы всех выжрали. Ясно тут всё, – дворф шмыгнул носом, – отошёл он, достал её голову. Она ж красивая! Полез к ней языком, наверное! А башка ожила и вцепилась ему в шею!

Валера сжал кулаки. Его бросило в холод, а потом сразу же огнём разгорелась ярость. Ублюдки. Вот, уроды! Отрезать голову по заказу одно дело, но это….

– Тьфу, на тебя! – Баррик сплюнул на землю, – несёшь чушь какую-то.

– Так, если зверь был? Где голова, а?

– Утащил. С собой. В логово.

– Голову утащил? Там целый жирдяй валяется, а он башку эльфийскую унёс! Его и бы жрал, пока не лопнул!

– Может, это эльфы? – осторожно спросил паренёк, вновь перестав надраивать ствол штуцера, – ну, эльфы пришли за ней.

– Нафиг она эльфам не нужна, – Баррик сложил руки на груди, глянул в сторону, – может, и не было зверя. Только голова точно ожить не могла.

– Откуда знаешь? Про Чёрную пирамиду слыхал? – Харви глянул на него, – говорят, есть там, на юге далеко. Мертвецы ходят среди песка. Может, и у эльфов какое колдунство есть.

– Враки всё это, – дворф почесал нос, – не бывает живых мертвецов. Это доходяги какие-нибудь. В пустыне жрать нечего – вот и бродят, едва живые.

– Всё равно с этой бабой не гладко. Двоих потеряли. И награду теперь не получишь – головы-то нет! А Деррик, куда он делся? Давно его не слышно.

И вообще! – громко воскликнул Харви, Валера аж вздрогнул, – почему он стрелял столько? Он хороший стрелок! Никогда не мазал! Подкрадывался и бах! А тут палил весь день без передышки. Только и слышно было – бах, бах, бах! И что это в ответ было? Этот Чизман с целой армией сюда пришёл?

– Деррик, наверное, не стал нас ждать. Голову забрал и пошел сдавать Гарольду, – устало заявил Баррик, – всё нормально будет. Доберёмся до города, получим от него втык, что эльфийскую башку потеряли.

– Миллик этот, – Харви покачал головой, прикрыл глаза руками, – ох, мерзкий жирный извращенец.

Всё из-за него.

– Знаешь, – Баррик стянул с себя куртку. На нём осталась лишь серая рубаха. Разрез на ней почти до пуза, стянутый шнуровкой. В свете огня видно торчащие рыжие волосы. Дворф почесал грудь, – о мёртвых только хорошее. Ну, был у него грешок. Пойми парнягу-то? Он жирдяй вонючий, чего ему ещё делать, а?

– Пошёл ты, – Харви тоже скинул с себя что-то вроде пальто.