О чем поют камни. Земля

– Следуй за мной, несчастная, – сказал Кханон и повел Синхараа куда-то вглубь таверны. – Жена, наряжайся, когда вернусь, пойдем на танцы славить Великого Императора. Что ж делать, раз тут такие дела…

Они прошли небольшую кухню, склад с посудой, потом винный погребок и вошли в холодильную комнату. Там слева, за тушами каких-то мелких зверей, была потайная дверь. Она открывала путь на лестницу, ведущую глубоко вниз. Трактирщик взял факел со стены, зажег и начал спуск. Они спускались долго, казалось, до самого центра земли.

Потом очутились в помещении с еще одной дверью и тремя разными замками. Фавн отпер все и осветил небольшое помещение, обтянутое шкурами медведей, вероятно, для лучшей шумоизоляции. Это была его операционная. На черном рынке ценилось много чего: крылья фей, рога фавнов, хвосты кентавров ну и, конечно, всякий ливер всех видов обитателей АныкВанутРа. Что-то скупалось для зелий и отваров, что-то для украшения гостинной. В любом случае спрос был велик. Многие нищие приходили к трактирщику в эту комнату и, если оставались живы, чего Кханон никогда не обещал, уходили с деньгами.

– Я дам тебе отвар, он немного затуманит твое сознание и дезориентирует тебя. К сожалению, это облегчит процесс только мне, но не тебе. Он подействует через 5 часов, так что все это время ты будешь здесь одна, а я пока пойду на праздник и найду тебе покупателя. Вот тут напиши, куда отнести деньги, если ты не выдержишь. Ну и письмо напиши… Сыну.

С этими словами Трактирщик вышел из комнаты и запер ее на все три замка.

Когда Кханон вышел в зал своего трактира, его уже ждали. Всего четыре воина волшебника – это не полный отряд Карателей Мцхонг, а, значит, надежда есть. У двери стояла несчастная Сивилла, ее била крупная дрожь, она хотела броситься к мужу, но ей преградили дорогу два воина.

– Чем обязаны подобной чести в 10-й день славы Великого Императора? Мы как раз собирались на праздник, вон и жена моя стоит нарядная, не помяли бы вы на ней платье, что ли…

– Слухами мир наш полнится, трактирщик.

Будто бы ты принял под свою крышу одну птхараа, будто бы она и сейчас здесь. А ты ведь знаешь закон, он запрещает подобные сборища, тем более в такой светлый праздник! – сладко проговорил воин.

Все они были в черных одеждах и ярко-красных плащах, вооруженные саблями и ножами. Их отнимали совсем крошечными от матерей и воспитывали сильными, смелыми, а, главное, верными воинами Империи.