Интерпретация

И в формировании такой реальности участвует интерпретация, которая устраняет любую многозначность или двусмысленность, в результате чего восстанавливается определенность, идентичность представлений субъекта и информации о ситуации. Правда такая идентичность весьма нестабильна, в том числе потому, что такая определенность всегда гиперреальна, и потому уязвима для новой информации. В этом плане интерпретация для субъекта есть мощное средство самосохранения, что возможно только при сохранении способности принимать решения и действовать по воплощению этих решений.

Неопределенность блокирует принятие решений и тем более действий, препятствует построению системы защиты от изменений ситуации.

Стремлению субъекта к максимальной определенности во всем не противоречит и то, что в действительности он вовсе не хочет знать о той определенности, которая называется реальностью, о том, что его неизбежно ожидает. Так субъект знает об определенности своей будущей смерти. Это знание не подлежит, не подвластно никакой интерпретации.

Да, можно пытаться что-то придумывать, фантазировать и т.п., в попытке убежать от этой определенности. Но это все «пустое» и отбрасывается, наталкиваясь на неизбежность и абсолютность.

Действительная определенность – реальность – не поддается интерпретации из-за ее неизбежности. Она может быть либо принята к исполнению, как условие существования, либо «отброшена», как несуществующая. Определенность неизбежности не останавливает субъекта, хотя и «выбрасывает его в необходимость изменения» (М.

Хайдеггер), которую пытается и будет пытаться устранить ее, в том числе и с помощью элементарного игнорирования. И в этом также проявляются возможности интерпретации, с помощью которой субъект пытается если не устранить эту неизбежность, то ее как бы отсрочить или подменить какими-то «убедительными» аргументами. Максимум, что он себе позволяет – иногда вспоминать о неизбежности, в этот момент осознавая не универсальность интерпретации.

Определенность постоянно обманывает. Своей определенностью.

П.Сэлфинг

Соблазн определенности основан на очевидности. Очевидность для субъекта – это очень просто, то, что оценивается им как не вызывающее никакого сомнения, как очевидное. При этом субъект уверен в том, что его оценка соответствует объективной реальности, отражает ее. И главным доказательством этого является … эта оценка есть его позиция, а он не может ошибаться.