Побочный эффект

На обломанных стволах погибших лиственниц нашли свое пристанище и кроссовки. Попрыгав на месте, похлопывая себя по плечам, Алиса принялась выжимать и расправлять то куртку, то джинсы, то кофту, время от времени встряхивая их по очереди. Кофта, как и водолазка, намокла не целиком, и вскоре девушка повязала ее себе на пояс.

Когда стало ясно, что больше она ничего не может сделать, для того, чтобы вещи стали суше, Алиса присела перед рюкзаком. Он тоже промок. Как и большая часть его содержимого. Ругая себя за то, что раньше об этом не подумала, она принялась раскладывать вещи вокруг себя.

Натолкнувшись на пакет с печеньем, поняла, насколько голодна. Продолжая припрыгивать на месте и то и дело то засучивая влажные рукава водолазки, то расправляя, она съела печенье, запивая водой. Потом, уже практически в темноте, набрала воды в чуть более удобном месте, чем то, где она упала. И все это время, сотрясаясь от холода, не переставала думать, что делать. Выходило, что лучше всего одеться и повыполнять какую-то механическую работу, чтобы одежда высохла прямо на теле, но вот трогать мокрые вещи совершенно не хотелось. Да и если просто топтаться на месте, в голову начинают лезть мысли о том, что вряд ли она доживет до утра. А значит нельзя бездействовать. Для начала она разложила вещи из рюкзака так, чтобы они могли хоть немного подсохнуть: открыла кошелек, развязала пакет с бельем и носками. Остальное можно было бы просто вытереть. Вывернула рюкзак. Снаружи он и потом прекрасно высохнет. Пересилив себя, вновь принялась выжимать куртку, и была вполне довольна тем, что получилось удалить скопившуюся по низу воду. То же самое с джинсами. Потом опять занялась рюкзаком. Но нет, этих действий было недостаточно для того, чтобы согреться, да и сил бодрствовать всю ночь на ногах не было совершенно. Тогда Алиса выбрала в стороне, среди особенно частых тонюсеньких стволов лиственниц, большая часть из которых давно погибла из-за недостатка света, небольшой пятачок свободного пространства с ровной, покрытой мхом поверхностью, и принялась стаскивать туда хвою со всей округи. В дело пошли и ветки, которые она вплетала между деревьями. Получалось что-то не поддающееся описанию. Когда совсем стемнело, продолжать обустройство убежища для ночлега приходилось на ощупь. Алиса увлеклась и практически не замечала холода. Но стоило ей остановиться хотя бы на минуту, дрожь начинала сотрясать все тело.

Днем, да еще и на солнце было даже выше двадцати градусов по Цельсию.