Как перестать быть жертвой и превратить свои ошибки и недостатки в достоинства

Спасатель опосредованно вступает в контакт со своей болью через боль другого. На самом деле нам нужно спасать самих себя, а не других.

Не устаю цитировать Серафима Саровского: «Спасись сам – и тысячи вокруг тебя спасутся».

Но спасатель – уже более высокий уровень личностного развития, чем абьюзер или жертва. Спасать или нападать? Это постоянный бег от одной вершины треугольника к другой: жертва – спасатель – абьюзер. Задача в том, чтобы выскочить из этого треугольника страданий.

У меня была возможность наблюдать циклический характер проявления сценария треугольника Карпмана на протяжении нескольких поколений.

Дореволюционный геноцид проявился в сексуальном насилии, убийствах в третьем и четвертом поколениях.

Не хочу растекаться мыслью по древу, поясняя, почему психологический опыт, закрепленный на генетическом уровне, передается через поколение.

Я работала сначала с дочерью, а потом с мамой. В коммуникативных группах этих женщин были либо абьюзеры, либо абьюзированные, много насильственных смертей.

То есть геноцид, страх насилия материализовался либо непосредственно в жизни, либо в ком-то из окружения. Сталкивая тебя лицом к лицу с насилием, оно – пространство – как будто бы говорит тебе: «Посмотри, я есть! Это было. Сделай же что-нибудь с этим!»

Важно вступить в контакт с личной жертвой.

Почему жертве трудно выстраивать свои границы? Потому что в детстве рядом со всемогущими агрессивными родителями она подавляла свою агрессию. Но тут и табу, которое передается, запрет на генетическом уровне – на родителя нельзя проявлять агрессию, нельзя защищаться.

И поэтому механизм подавления агрессии усваивается, и дальше ребенок с ним идет по жизни.

Получается так, что вместо того, чтобы отстаивать свои границы в момент нападения, мы прогибаемся, становимся вогнутыми, а в идеале должны быть ровными. Непоколебимость личных границ достигается за счет контакта с агрессией. Абьюзер должен чувствовать на бессознательном уровне, что может получить сдачи от потенциальной жертвы.

«Сливание» границ равноценно потере энергии из-за того, что часть ее уходит на привычное с детства сдерживание агрессии. Потеря энергии в момент токсичного контакта может быть связана с тем, что она направляется внутрь, а не вовне.

Здесь может сработать эффект пружины – чем интенсивнее происходит сдавление пружины, тем больше мы ей придаем инерции для выпрямления.

Унижение нельзя терпеть бесконечно.