Русская рулетка. Заметки на полях новейшей истории

Конечно, потом стало правильным стыдиться подобных взглядов, и, когда лет десять спустя Наташка приезжала в гости в перестраивающийся СССР, этот мальчик публично каялся, уже с чувством и жаром по собственной инициативе объяснял Наталье, почему он так поступил, заедая слезы раскаянья сладостями, привезенными из США. Не сомневайтесь – жизнь мальчика удалась, он занимается бизнесом в медицинской сфере. Виноват ли он в том, что случилось? Конечно, но и система советского идеологического воспитания тоже подсуропила. Ученик нашел учителя.

Ложь и двойные стандарты были повсюду. В середине 80-х мой приятель Алексей Бурлацкий рассказал мне о синекуре. Если хочешь поехать в командировку за границу к капиталистам, то можно, не проходя всяких райкомов и минуя поездки в соцстраны, устроиться переводчиком в Комитет молодежных организаций (КМО). Идея не могла не понравиться, и я, будучи аспирантом ИМЭМО, прошел собеседование и стал привлекаться к проведению мероприятий как в СССР, так и за его пределами.

Учитывая, что язык я знаю английский, отдел у меня был что надо.

В штате под видом комсомольцев-международников скрывались молодящиеся гэрэушники с пэгэушниками да дети больших чиновников. КМО точно являлся школой жизни. Во-первых, ребята были очень богаты по тем временам, что было неудивительно, так как возможность поездки за границу моментально давала доступ к валюте и к импорту – а это уже иной социальный и имущественный статус.

Проданная даже через комиссионный электронная безделушка означала море рублей для роскошной жизни.

Не случайно трехлетняя командировка за рубеж кормила семьи долгие годы и позволяла с уверенностью смотреть в грядущее, отражающееся в кинескопе голубой мечты советского человека – «Сони». Неболгарские дубленки были у детей только этой социальной группы.

Каэмошные ребята были пошустрее. Задача развития международного молодежного сотрудничества могла решаться только путем регулярных обменов делегациями разного уровня, что и приносило немалые деньги.

Моя первая поездка была в Ирландию, нас было трое: молодящийся ветеран всех возможных тайных войн Бурейко, ребенок которого не мог потреблять в пищу блюда, не сдобренные кетчупом «Хайнц», бывшим по тем временам дефицитом похлеще черной икры, секретарь партийной организации аппарата Центрального комитета ВЛКСМ, имя которого я уже и не вспомню, настолько меня тогда поразила должность, и я, аспирант ИМЭМО, но выпускник технического, то есть непрестижного, вуза.