Ветер в пустоте

Михаил устроился напротив и насыпал из деревянной коробочки чай в маленькую фарфоровую плошку, с одной стороны которой была выемка. «Вот, познакомься», – протянул он плошку Сереже.

– Привет, чай, – усмехнулся Сережа, поглядел на мелкие темные скрученные листья в плошке и понюхал их – запах был едва различим.

– Эээ, брат, ты похоже не бывал прежде на чайных церемониях, – посмотрел на него Михаил с улыбкой.

– Не бывал, – чуть смутился Сережа. – А что нужно делать? Тут какие-то правила?

– Скорее ритуал.

Это чахэ – чайная коробочка для знакомства с чаем. Ты опускаешь в нее нос, легонько выдыхаешь, чтобы разбудить чайный дух, а затем вдыхаешь, впуская его в себя. – Михаил показал как подносить плошку и снова передал ее Сереже.

Оказалось, что продолговатая выемка позволяет очень удобно вставить нос. Сережа выдохнул, а затем втянул воздух. Густой и сложный запах ворвался в него, заставив на мгновение забыть обо всем другом. Запах был необычный и приятный, Сереже почудилось в нем что-то старое, сильное и даже живое.

Видимо при выдохе теплый воздух из носа согревал листья, отчего они начинали сильнее пахнуть. Он еще несколько раз выдохнул и вдохнул, а затем вернул плошку Михаилу.

– Не знаю насчет духа, но запах я точно разбудил.

– Хорошо. Ну как ты поживаешь? Давно тебя за бильярдом не видно.

– Да вроде нормально. Только драйва маловато, – осторожно сказал Сережа, прикидывая, стоит ли начать такой разговор.

– «Нормально», да еще «вроде» – обычно означает, что не очень.

Сейчас тебе чай поможет, – снова подмигнул он. – А ты пока рассказывай – чего приуныл? Трудно быть миллионером?

Михаил пересыпал чай в другую фарфоровую чашку без ручки, залил горячей водой и прикрыл крышкой. Сережа понял, что его смущает скорость, с которой разговор принял это непростое направление. С одной стороны, он шел к Михаилу в надежде, что тот ему поможет, но открыто рассказывать о тревожащих его мыслях и чувствах было некомфортно.

«А вдруг он расскажет руководству, что в недавно купленном активе один основатель хандрит», – с опаской подумал он. – «Да и рассказывать не надо ничего, посмотрят запись с камер, послушают разговор, и все дела».

Михаил слил воду и залил новую.

– Ты не волнуйся, – сказал он, помешивая чай крышкой, – у меня работа такая – слушать подобные истории. И про приватность не переживай – все камеры и микрофоны в этой комнате отключены и заклеены, сам делал.