Карать карателей. Хроники Русской весны

На Украине есть серьезные политики, способные отстоять именно русские интересы, но их даже вслух не назовешь, а то будет как с Кушнаревым.

Поэтому я не торопился бы переживать за ту или иную сторону Майданного побоища. Как бы нам ни были одним отвратительны бандеровские разбойники, другим – чиновное ворье.

Время орков и гоблинов должно пройти. По крайне мере на Востоке Украины. Должно настать время людей.

Опубликовано: «Комсомольская Правда».

23 января 2014

Майдан не может кончиться удачей

В гражданских войнах гибнут не только люди, но также идеи, а чаще всего политические иллюзии.

Одной из жертв Евромайдана (увы, не единственной) стала главная иллюзия всех оппозиционеров последних лет: уверенность в легкости свержения «прогнившего режима».

Еще нет полной ясности, каков итог киевских событий, но одного уже точно не произошло: ненавидимая и презираемая «влада» не рухнула под ударами волн народного гнева, полиция не расступилась перед «народом», не сдала ему госучреждения, «Беркут» не разбежался после первых же всполохов «коктейлей Молотова» из майданных катапульт.

Напротив, нападавшие при штурме рады понесли значительные потери, не меньшие, чем полиция, что и должно было случиться при столкновении обученных частей с толпой не наученного сражаться народа.

Вся революционная риторика последнего десятилетия строилась на формуле «ткни – и развалится».

Сколько я слышал от участников всевозможных митингов, шествий и демонстраций: «если бы мы надавили, они побежали бы», «у них самих глаза бегают», «метнуть пару урн – и дело сделано», «перед толпой народа расступятся», «они струсят стрелять» и т.

 д.

Понятно, что речь идет о кухонной революционной стратегии, которая недорого стоит, но общий осадок от речей оставался, и в него даже начинаешь в какой-то момент верить: «перед массой решительно настроенного народа полиции не устоять, тут либо пять мотоциклов с пулеметами, либо «полицаи» разбегутся…»

Разгром этой теории в Киеве оказался полным и безоговорочным.

На Украине слабое государство, не уважаемая и не поддерживаемая даже своими условными сторонниками власть, насквозь коррумпированная полиция, агрессивные и хорошо экипированные по правилам уличной тактики боевики.

Наконец, практически полное отсутствие какой-либо внятной мотивации для «Беркута» стоять до конца, ощущение, что восстанавливаемый силами полиции баланс тут же разменивается властью на пустые уступки.