Принцесса Марса. Боги Марса. Владыка Марса (сборник)

Ты знаешь, что их необходимо изготовлять при искусственном свете, потому что на солнце они взрываются? Ты замечал, что происходит с пулями, когда они попадают в цель? Они заключены в непрозрачную оболочку, которая разбивается при ударе, открывая стеклянный цилиндр, – он почти сплошной, а в его переднем конце скрыта крошечная частица радийной пудры. И в тот момент, когда на нее падает солнечный свет, пусть даже слабый, она взрывается с такой силой, что ничто не может ей противостоять. Если же ты увидишь ночную битву, то отметишь отсутствие взрывов, а вот утром, когда взойдет солнце, снаряды начнут рваться на месте боя.

Но, как правило, по ночам зеленая орда стреляет другими снарядами, не самовзрывающимися.

Хотя меня весьма заинтересовало объяснение Деи Торис об этом чудесном марсианском веществе, применяемом в военных целях, меня куда сильнее тревожила более насущная проблема – то, как зеленые марсиане обращались с Деей Торис. Я не слишком удивлялся тому, что они старались держать девушку подальше от меня, но ее заставляли заниматься опасным и тяжелым трудом, и это приводило меня в ярость.

– Они обращаются с тобой грубо, унижают тебя, Дея Торис? – спросил я, чувствуя, как в ожидании ее ответа горячая кровь моих воинственных предков закипает у меня в венах.

– Лишь отчасти, Джон Картер, – произнесла девушка. – Зеленые люди ничего не делают мне во вред, страдает разве что моя гордость. Они знают, что я – дочь десяти тысяч джеддаков, что могу проследить своих предков до того времени, когда был построен первый большой водный путь, и они, которые даже своих матерей не знают, завидуют мне.

В глубине сердца они ненавидят свою отвратительную судьбу, а потому выплескивают свою жалкую злобу на меня, ведь я представляю собой все то, чего у них нет, но чего они жаждут, хотя и никогда не получат. Давай просто пожалеем их, мой вождь, – хотя нас ждет погибель от их рук, эта жалость уместна, поскольку мы выше их и они это знают.

Если бы мне тогда было известно значение слов «мой вождь», обращенных красной марсианкой к мужчине, я был бы изумлен, как никогда в жизни, но в тот момент я этого не понимал, как и многие месяцы потом.

Да, мне нужно было еще многому научиться на Барсуме.

– Полагаю, смирение перед лицом судьбы – удел мудрых, Дея Торис, тем не менее надеюсь, что вскоре любой марсианин, будь он зеленый, красный, розовый или фиолетовый, не посмеет даже косо взглянуть на тебя, моя принцесса.