За кулисами путча. Российские чекисты против развала органов КГБ в 1991 году

Нина не без смущения примерила расшитую золотистыми нитями тюбетейку, но с восторгом взяла в руки и стала рассматривать куколку-таджичку, одетую в красочный национальный костюм – белую кофточку с голубоватой жилеткой и длинную юбочку с золотистым пояском. Серега без тени сомнения сразу надел на голову зеленую тюбетейку, а Оля с бабушкой примерили цветастые таджикские тапочки. В семье уже сложилась традиция, что из каждой командировки Андрей обязательно привозил какие-нибудь гостинцы.

Они сидели на кухне, и Андрей рассказывал о поездке.

О том, как выглядит главный таджикский город, какие необычайные блюда ему довелось отведать, каким удобным и комфортабельным был номер в гостинице, каких новых знакомых удалось приобрести за эту непродолжительную поездку.

– Пап, а женщины там ходят в таких… национальных одеждах? – спросила Нина.

– Да нет, все ходят так, как у нас. Только многие тюбетейки носят.

– Как моя?

– Да, женщины – как твоя, мужчины – как Сережина.

– А какие там машины? А метро есть? – спросил вопросами Сережа.

– Нет, Сережа, метро там нет. А машины такие же, как у нас.

– Пап, а в книжном магазине ты был?

Андрей посмотрел каким-то отрешенно-задумчивым взглядом на дочь и, чуть помедлив, ответил:

– Да, в книжном я был…

– А купил какую-нибудь книгу?

– Нет, Нинуля! К сожалению, ничего не купил.

– А почему? Не было интересных книжек?

Андрей внимательно посмотрел на дочь, потом улыбнулся и сказал:

– Ты знаешь, я так спешил… Я очень торопился и не смог внимательно посмотреть книги.

Так уж получилось.

Почувствовав, что Андрей что-то не договаривает, Оля внимательно посмотрела ему в глаза.

– Андрюша, что-нибудь было не так?

– Все было отлично. Поездка была очень интересной и полезной для дела, – проговорил Андрей бодрым тоном, чтобы развеять любые сомнения. А потом вдруг без всякой связи сказал: – Там такие опасные горные дороги. Буквально перед нами, когда мы сегодня возвращались в Душанбе, в пропасть свалился грузовик.

– А водитель погиб? – серьезно спросил Сергей.

– Не знаю. Думаю, что погиб. Очень уж крутой обрыв был. Да и несся он, должно быть, с большой скоростью.

27 февраля 1990 года, утро.

Москва. Площадь Дзержинского.

Здание КГБ СССР. Кабинет № 333

Кабинет начальника Инспекторского управления КГБ СССР, расположенный на третьем этаже старого здания Комитета госбезопасности, был, пожалуй, одним из самых больших в известном доме на Дзержинке.