Марсианин

Может не год. Может два. Технология готова. Наработки по ионному двигателю в Штатах есть. Если будут деньги, на них можно легко применить мою архитектуру и систему охлаждения. Все блоки можно делать параллельно. По сути, это не сложнее, чем собрать обычный ракетный двигатель. Когда все будет готово, ракетами доставить элементы буксира на орбиту и приступить к сборке первого космического буксира с ядерной электродвигательной установкой. А там… – Миша мечтательно вздохнул и поднял глаза к потолку, – там и на Марс, и на Венеру можно махнуть.

– Ах ты, мой гений, – она чмокнула его в щеку и показала на лежащую на столе папку. – Так с этим ты что делать-то будешь?

– Не знаю, – растерянно проговорил ученый.

– Не знаю… – передразнила его Яна, скорчив потешную рожицу. – Тут такой шанс. Сам Теон приехал по твою душу. Бабла предлагает немерено. В историю можно войти как человек, который отправил экспедицию на Марс. А он – не знаю.

– Блин. Стремно это все. Он ведь хочет, чтобы прямо отсюда, не заезжая домой, и сразу в Штаты.

– Конечно. А ты что думал? Типа вернешься в Москву, пойдешь к директору. Так, мол, и так, меня американцы переманить хотят. А он тебе – конечно, Мишаня, езжай. Доброго тебе пути и удачи в придачу. Нет, дорогой мой. Если ты засветишь Теона у себя в институте, тебя тут же возьмут в оборот так, что хрен из страны выедешь.

– Это точно.

– Поэтому он и хочет, чтоб ты переехал прямо отсюда. Не заезжая в Москву.

– А квартира там как? А машина? А старики?

– Ну ты, блин, даешь.

– Тыщ двести баксов. А то и больше.

– Видишь. Машину я вообще в расчет не беру. А Теон тебе 10 лямов подъемных предлагает. Сейчас. С ходу. На, бери. Ты просто вдумайся в цифру. И про стариков не парься. Поймут. Ты потом, когда суета с ковидом пройдет, их можешь вывезти куда угодно на курорт. Или виллу им купить в Болгарии, или Черногории, или даже во Франции, или Испании и приезжать когда захочешь.

– Ты думаешь, мне в Россию уже не вернуться? – насторожился Миша.

– Не знаю. Я во всяких секретных раскладах ничего не понимаю. Может ты носитель гостайны. Расписки какие давал секретные.

– Нихрена я не давал. Так, подписал стандартный договор о неразглашении и все. Такой в любой фирме подписывают. И гостайны тут никакой нет. Академики, вон, хотят прототип на МАКСе выставить. Раструбили везде по изданиям. Концепцию засветили.

– Ну вот.