Неестественный отбор

Беккет – тот, что за рулем, внимательно следил за дорогой, но не забывал контролировать пространство слева по ходу машины, регулярно бросая взгляд в боковое зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что и там все спокойно. По тому как чуть заметно из стороны в сторону двигалась голова Вудроу, расслабленно откинувшегося на спинку переднего пассажирского кресла, было понятно, что он внимательно осматривает угол градусов в сто тридцать впереди машины. Неплохо. Можно немного расслабиться.

Снежный буран, то утихая, то снова набирая силу, продолжался уже третий день.

Кое-где на северо-востоке Штатов выпало более метра снега. Ранним утром, когда они выехали из Вашингтона, было холодно – градусов пять ниже нуля, и снег сыпал мелкими колючими сухими льдинками, собираясь под частыми порывами ветра в глубокие наносы у малейшего препятствия. К десяти утра, когда курьеры покинули «Базу», потеплело до нуля. Снег потяжелел, набух, и хлопья, увеличившись в размере, забивали лобовое стекло так, что щеткам и обогреву приходилось работать на максимуме.

Беккет осторожно, но уверенно вел внедорожник по достаточно широкой лесной дороге. Им предстояло проехать километров десять до поворота на Вашингтон на трассу номер семь. Несмотря на то, что Сантана был старшим группы, он не прокладывал и не согласовывал маршрут, полностью положившись на ребят из МНБ, у которых, согласно брифингу начальства, он был хорошо отработан.

Вудроу потянулся к панели, включил приемник, потыкав пальцем в кнопки настройки, нашел нужную станцию и приглушил звук так, что легкий джаз стал чуть заметным фоном.

– Не возражаете? – обернувшись через сиденье, спросил он Сантану.

– Оставь, пусть играет.

Слушать музыку во время маршрута было запрещено, но Сантана тоже любил джаз. Правда, слушать его он предпочитал дома, развалившись в мягком кресле перед камином со стаканчиком бурбона, а не посреди заснеженного леса, сидя рядом с кейсом, в который вмонтировано устройство самоуничтожения.

Он взглянул на лежащий на сиденье слева кейс, подтянул его поближе к себе и невольно поежился.

Недавно чищенная, но уже порядком заметенная дорога до поворота на Вашингтон пролегала через едва различимый сквозь плотный снег запорошенный лес и заняла около двадцати минут. На повороте на трассу Беккет, опасаясь заноса, почти остановился и, убедившись, что слева нет машин, плавно выехал на главную дорогу.