Посол Петра Великого

Они считали, что будет благоразумнее отсидеться в своих добротных жилищах, подальше от опасных зверей, которые тащили сани развесёлой, шумной компании царя. Самые храбрые из них осторожно, с опаской подглядывали через окна из-за занавесок.

Николай с любопытством наблюдал за Петром Алексеевичем, который с горящим взором оглядывал всё вокруг. Весь его вид свидетельствовал о том, что государю здесь действительно нравится. Царь обернулся и с азартом в голосе спросил:

– А скажи-ка мне, Николай, будет ли твой Лондон больше Кукуя?

– Смотря сколько жителей в твоём Кукуе наберётся, государь?

– Алексашка, ты здесь раньше жил у Лефорта в услужении! Сколько этих самых немцев у нас в Кукуе уже поселилось? – спросил Пётр Алексеевич у своего камердинера.

– Его светлость Лефорт утверждал, что уже сотни две тыщ человек наберётся, и не меньше того, ежели всех их считать вместе с семьями и детьми! А эти немцы из Европы к нам всё едут и едут! Как будто у нас здесь мёдом намазано! – без запинки ответил камердинер.

Пётр Алексеевич с довольным видом похлопал по плечу Меншикова и гордо произнёс:

– Что ни спроси у моего Алексашки – всё знает, ежели ему кто-то, когда-то, чего-то сказал! Даже всякую ерунду, и ту буквально на лету запоминает. Ему и записывать даже без надобности – всё помнит, бестия! Хотя сам он только что свою фамилию на бумаге поставить и умеет! Веришь, он мне иногда эту самую бумагу и заменяет тем, что запоминает всё, что я ему говорю, слово в слово! Одним словом – молодец! Запоминает, а заодно и сам кое-чему учится.

Ведь никогда наперёд не знаешь какое тебе знание в жизни может пригодиться. А по сему – чем больше знаешь али какие навыки полезные освоил и ремёсла, тем лучше и тебе самому и семье твоей будет, да и немалая в том государству польза!

– Если так, государь, то Лондон вроде твоего Кокуя будет. У тебя ещё Москва есть. Так что, Кокуй и Москва вместе по числу жителей с английским главным городом может и потягаться! А так в Европе очень много городов гораздо меньше Кукуя будут, – ответил Николай.

– Во! Слыхал, Алексашка! В Европе в их самых больших и важных городах жителей не больше нашего Кукуя, а учиться всяким наукам нам приходится к ним ездить! Никуда такое не годится! Непорядок это! Надо нам сделать так, чтобы Европа к нам учиться ездила, а не мы к ней с поклоном да просьбами всякими ползли!

Пётр Алексеевич хотел ещё что-то сказать, но тут загрохотали выстрелы, и всё небо над Немецкой слободой озарили вспышки фейерверка.