Очищение. Рикошет

За ним там все спецслужбы охотятся. Так засветился, что носа из страны высунуть не может. Сразу возьмут. Сейчас он на «отсидке»[18 - У разведчиков, работающих за рубежом, длительное пребывание вне поля зрения спецслужб противника, для того чтобы те прекратили активный розыск.]. Мы его по знакомству одолжили у ГРУ, чтобы с вами индивидуально поработал.

– Ну, Николаич, после такой рекламы я прям засмущался, – широко улыбнулся инструктор.

– А еще он скромняга и выпить не дурак. Привык там к текилам-вискам. Но здесь, чтоб ни-ни.

На базе только пиво. Кстати, – Николаич взял со стола рацию, – хозяюшка, принеси-ка нам пивка под карасей.

– Без виски там нельзя. Сразу расколют, – с видом знатока принялся объяснять Серый. – В Англии и Штатах так вообще после полудня серьезные разговоры без скотча не ведутся.

– Ну мы-то не в Англию готовимся.

– А куда, если не секрет, – поинтересовался Виктор.

– В Германию, скорее всего.

– У меня ж нет немецкого.

– А он нам без надобности. В городах большая часть немцев, как и положено оккупированной стране, неплохо говорит на языке оккупанта.

Почти все приемлемо знают английский. Для дела вам понадобится другой язык – украинский. Завтра утром сюда подъедет учитель мовы. Два часа в день в течение месяца хватит, чтобы научить такого профессионального лингвиста, как вы, изъясняться на суржике[19 - Смесь русского и украинского языков, часто используемая в центральной Украине.] так, чтобы вас хохляцкие беженцы в Германии приняли за своего. Большего от вас как от жителя левобережной Украины и не требуется.

– Вот оно как, – протянул наемник. – Значит, по легенде я украинец.

– Именно. Уроженец Днепра. После начала войны вступил в тероборону. Был на фронте. Контужен. Получил осколок в грудь, но броник выдержал. Тут очень кстати ваши сломанные ребра. Сейчас на реабилитации в Германии. Есть у немцев такая программа. Рассовывают раненых вэсэушников по пустым отелям в сельской местности, ну и там за ними ухаживают всякие волонтеры. После реабилитации домой не вернулся, не дурак.

Остался в Германии для того, чтобы за жирное пособие бороться оттуда с москалями. То есть с нами. Короче, самый что ни на есть идейный, но хитро выделанный хохол, берегущий свою драгоценную шкуру. Таких там туева хуча.

– А документы всякие, история, подтверждения? – неуверенно спросил Виктор.

– Тут все в порядке, – четко сообщил Серый. – Документы будут, комар носа не подточит. И история тоже. Человек реальный. Находится у нас.