Очищение. Рикошет

Хозяин (из бывших, которых в ФСБ не бывает) в отдельном кабинете накрыл скромный стол: самовар, печенье, лимон, пару бутылок минеральной воды. На отдельном столике у стены хороший выбор дорогого спиртного. После рутинной проверки на «жучки» директоры уселись в плетеные кресла и налили себе по чашке чая.

– Спасибо, что вытянул меня из кабинета, – устало проговорил разведчик. – Я последнее время весь в мыле. Текучку передал замам. Сам плотно завис на поручении Первого по американцам.

– Сложно идет?

– Пипец как сложно.

Это пока не переговоры, а предварительные контакты с целью обозначить свои позиции. С нашего ультиматума в ноябре прошло полгода. Ситуация коренным образом изменилась. И они, и мы понимаем, что увязли на Украине. Из-за нее и у нас, и у них куча проблем. Понимаем, что игроки второго плана вроде англичан, поляков и турок и мелкие шавки типа клоуна и прибалтов начинают вести свою игру. И мы, и они понимаем, что, даже если цели достигнуты не полностью, надо выходить на деэскалацию, пока все не вышло из-под контроля. Но на данный момент точек соприкосновения нет. Ну да и хрен с ним. Судя по тому, как мы с санкциями справляемся, у нас запас прочности есть. Главное сейчас – на Украине не облажаться. Остальное дожмем, – глава СВР отпил чай и внимательно посмотрел на коллегу. – Выкладывай, что у тебя нового по «Рикошету».

– Опережаем график. Профессор приступает к тестированию ингибитора на людях.

– Скорей бы. Как-то некомфортно чувствовать, что внутри тебя медленно сжирает зараза.

– Не жги нервы зря. Времени еще много. Уверен, Подольский не подведет. Продвигается быстро. В материалах Шерно есть готовые методики, описания процессов и всякие другие наработки. Если бы не француз, мы бы надолго зависли, а так темп хороший.

– Это обнадеживает.

– Тут по ходу еще одна проблема нарисовалась. По официальной статистике и тем материалам, что ты предоставил, в мире может быть до трех миллиардов зараженных.

– Охренеть, пиндосы намутили, – покачал головой разведчик.

 – Это ж реальный геноцид.

– Кто бы спорил. Слушай дальше. Полный курс ингибитора будет стоить около ста баксов на человека, я уже молчу про сложности с налаживанием производства и логистики. Получаются затраты почти в полтриллиона долларов. Самое хреновое, что эти деньги никто или почти никто нам не возместит. Препарат нужно будет маскировать, потому что, если мы откроем реальную его цель, Штаты все сразу поймут и предпримут меры по противодействию «Рикошету».