Королевство в огне. Судьбоносное путешествие

 – Нам нужно ударить первыми, чтобы пресечь угрозу восстания на корню.

– Не смеши меня, – скривился Рован. – Смерть Зальнера ничего не изменит, мы просто развяжем войну раньше времени.

– И что нам делать, уважаемый лорд Рован? – в скрипучем голосе Пелгрина ощущалась неприязнь. – Покорно ждать, пока наши деревни вырезают, а казна скудеет? Напомню, что мы уже должны королевству гномов три тысячи эонов.

– Успокойтесь, советник, у меня есть идея, как избежать войны или хотя бы ее отсрочить.

– Что же это? – вышел из молчаливой задумчивости Тарен.

– Мне придется отправиться в Эритиду, – спокойно сказал Рован.

– Рован, вы сошли с ума? – заскрипел Пелгрин.

– Я в своем уме, советник, спасибо, что беспокоитесь, – усмехнулся Рован. – Мне нужно встретиться с Зальнером.

– Рован, вы же понимаете, что можете остаться в подземельях Эритиды навсегда? – удивился Тарен. – Я не смогу гарантировать вашу безопасность. Эритида – лишь формально часть королевства.

– Я прекрасно взвесил все риски. Мы с Зальнером дружески общались до смерти вашего отца, мой король.

– Это очень опасно, – покачал головой Тарен. – Ты можешь попасть под власть Зальнера.

– Именно так, Ваше Величество, лорд Рован, видимо, уверен, что его дружок-предатель не отправит его на виселицу, – съязвил Пелгрин.

– Решение за королем, советник, и не смей называть Зальнера моим другом, – тихо, но с явной угрозой произнес Рован. – Я презираю предателей.

– Хватит! – повысил голос Тарен. – Мне нужно все обдумать, завтра продолжим.

Рован кивнул и вместе с Пелгрином направился к выходу. Король потер виски и прикрыл глаза. Гвардеец, стоявший в тени у выхода, отпер тяжелую дубовую дверь. Та скрипнула, открывая проход в коридор. Пелгрин вышел первым и тяжелой походкой отправился в недра замка. Рован бросил последний презрительный взгляд в спину старику и двинулся в противоположную сторону, мимо картин на стенах, изображавших батальные сцены времен правления Эодена.

Он миновал галерею, соединявшую Малую и Большую башни, и направился к себе. Коридор Малой башни был украшен куда менее роскошно, чем Большой. Гвардеец, отсалютовав, открыл дверь в его покои. Небольшое помещение было обставлено скромно, на полках множество свитков и книг. В нем было высокое витражное окно, почти до самого потолка. Прохладный ветерок приятно обдал его лицо, когда он открыл его.