Поток алмазов. Мелодия смерти

– Дикари из Алебиленда поймали его и выкололи глаза, – объяснил спокойно проводник, – а в ночь, когда он должен был быть сожжен, я убил стражу и унес его в кустарник.

Сандерс стоял перед своей одноэтажной дачей в зеленом свете луны и смотрел с волнением на новую жертву.

– Имеете вы какие-либо сведения о белых? – спросил он наконец проводника.

– Что ты видел, Мессамби? – обратился тот на туземном языке к ослепленному.

– Кости, – простонал слепой, – кости я видел. Они распяли белых людей на площади перед домом предводителя, и ни одного не осталось в живых, так рассказывали мужчины.

– Так я и предполагал, – ответил Сандерс серьезно и послал в Англию донесение.

Проходили месяцы, наступил сезон дождей, затем время года, когда все зазеленело и зацвело. Сандерс проявлял усиленную деятельность, как ему и подобало в качестве представителя правительства в Центрально-Западной Африке, в стране, где сонная болезнь и племенные особенности увеличивали постоянно процент смертности.

Долг его призвал отправиться в кустарник, чтобы положить конец тайному искусству кудесника.

Он проделал шестьдесят миль по запутанным тропинкам, ведущим в Алебиленд, и воздвиг свой трибунал в местечке по названию М’Сага. С ним было двадцать человек, иначе он безнаказанно не проник бы так далеко в глубь страны. Он сидел в крытой соломой хижине кудесника и принужден был выслушивать самые невероятные истории о волшебных силах и формулах, об истребляющих болезнях, являющихся следствием ужаснейшего фокуса-покуса, который там процветал от захода луны до восхода солнца.

Кудесник был стар, но Сандерс не питал никакого уважения к сединам.

– Совершенно ясно, что ты плохой человек, – сказал он, – и…

– Господин! – перебил его жалобщик, туземец, чье тело от болезни и пережитого ужаса было совершенно истощено. – Господин, он плохой человек.

– Замолчи, – приказал Сандерс.

– Он занимается чертовским колдовством при помощи крови белых людей, – крикнул туземец, когда два солдата по знаку наместника его схватили.

 – Он держит в лесу белого человека в плену.

– А!

Сандерс насторожился. Он знал туземцев лучше, чем кто-либо; он мог раскрыть ложь, и он мог, что еще труднее, раскрыть правду. Он подозвал из враждебно настроенной группы жертву кудесника.

– Что ты тут рассказываешь про белых? – спросил он.

Кудесник злобно что-то прошептал, и жалобщик струсил и умолк.

– Продолжай, – сказал Сандерс.

– Он говорит…

– Дальше!

Туземец весь дрожал.