Четвертая мировая война

«Пятая колонна», образно выражаясь, «лошадиными дозами» впрыскивала в общество яд клеветы, цинизма, безверия, преклонения перед Западом и презрения к своей стране, Это было нетрудно делать, потому что уже к тому времени все средства массовой пропаганды (за исключением журналов «Молодая гвардия», «Наш современник», газеты «Литературная Россия») были в руках ненавистников России, злейших врагов Народа, усиленно разлагавших молодые поколения. Запад прикармливал «советскую интеллигенцию», натравливал ее против Народа, против «этой страны».

Черви-паразиты местечково-холуйской образованщины изъедали могучий организм изнутри.

Политическая чехарда «генсеков» усугубляла дело. Но в результате этой искусственной «чехарды» Запад добился своего – к власти был приведен его прямой ставленник по кличке «Джазист», он же Ю.В. Андропов – главный покровитель резидентуры Запада в СССР и покровитель «пятой колонны».

Он успел пропихнуть во власть своего ставленника М. С. Горбачева – «молодого реформатора».

С этого момента Россия, потерявшая ориентиры, начинает впадать в прострацию. Она парализована безволием. Она выжидает.

Горбачев тоже не начинает все крушить с налета. Он осторожен и расчетлив. Он везде и повсюду клянется в верности ленинским принципам, социализму, даже выступает на очередном пленуме с горячечным докладом «Революция продолжается!».

Одновременно он делает ряд правильных шагов. Сворачивает геноцид населения алкоголем, развязанный при Андропове. Антиалкогольный Указ Горбачева – его выдающаяся заслуга (страшно охаиваемая врагами России), абсолютно верная и объективно нужная – только за полтора года Указа смертность в России снизилась на четыреста тысяч (400 000) человек.

Это была Победа. Еще три-четыре года последовательного исполнения Указа дали бы России такой рывок вперед и оздоровление, что ее развитие было бы неостановимо. «Пятая колонна», понимая это, начинает бешеную тотальную пропаганду «культурного пития» и сворачивает дело исцеления значительной части нации.

Горбачев начинает осознавать мощь «пятой колонны» и Запада. Это первый удар по его психике «порученца». Психологически «правителем» он не был никогда. Он искал всегда того, чью волю можно исполнять. Психология слуги-«порученца». Но продолжая политику проб и ошибок, Горбачев решительно отвергает прямое давление воспрявшего Запада, делая смелые заявления, что если Запад развернет новые программы вооружения («звездные войны» и др.