Территория Церкви

Конечно, если за религию снова начнут сажать и расстреливать, то пойдет волна отречений от веры. Человек – слабое существо. Но все же выросло целое поколение, для которого открытая вера – неотъемлемая часть жизни. Это поколение готово отстаивать право верить и право передавать веру своим детям. И это качественное изменение уже никуда не денется.

Я глубоко убежден в том, что многие действия Патриарха Кирилла объясняются его долгом успеть сделать как можно больше за то время, которое Господь отвел нашей Церкви на свободу.

Ведь политические изменения могут произойти с такой же катастрофической быстротой, как и в 1917 году.

Атаку на Русскую Православную Церковь объясняют либо испугом антиклерикалов после миллионного поклонения Поясу Пресвятой Богородицы (осень 2011), либо попытками иностранного вмешательства во внутренную политику России – думские и президентские выборы (декабрь 2011 и март 2012 года соответственно).

На самом деле системная антицерковная кампания началась раньше, в январе 2011 года.

К этому времени Патриарх Кирилл добился:

– введения Основ православной культуры в школе;

– введения института капелланов в армии;

– утверждения программы строительства 200 храмов в Москве;

– принятия Закона о возвращении имущества религиозного назначения.

Кроме того, Церковь призвала к консолидации православных на постсоветском пространстве и приступила к административной реформе, главным пунктом которой стало увеличение епископата.

А чем больше епископов, тем быстрее вспоминается поговорка «всех не перестреляешь».

Можно предположить, что именно перечисленное выше и стало основной причиной той информационной антиправославной кампании, подробности которой мы описываем в этой книге.

А. Щ.

Беспредельный антиклерикализм

В последние годы в нашем общественном пространстве время от времени слышны голоса, протестующие против «клерикализации».

Достаточно вспомнить нашумевшее в 2007 году письмо академиков президенту, начинающееся словами: «С нарастающим беспокойством мы наблюдаем за все возрастающей клерикализацией российского общества, за активным проникновением Церкви во все сферы общественной жизни». Подобный алармизм сегодня публично выражают некоторые правозащитники, светские гуманисты, публицисты и даже религиоведы.