Аншлаг в Кремле. Свободных президентских мест нет

Борис Березовский тотчас же заявил, что мы даем сигнал к репрессиям».

Ельцин боялся Примакова, относился к нему настороженно. Примаков никогда не переступал допустимого порога. Он не был близок ни к семье Горбачева, ни к семье Ельцина. И эта дистанция, установленная Примаковым, а не Ельциным, вызывала подозрение у Бориса Николаевича.

12 мая 1999 года Ельцин подписывает указ об отстранении Примакова от должности председателя правительства РФ.

Я помню рассказ Примакова:

«Он вызвал меня. Сказал, что он меня очень ценит.

Но на него давят бизнесмены, политики и он должен принять решение. Я не стал ему ничего объяснять. Да и зачем? Я понимал, что совершается ошибка. Но он уже принял решение. Когда мы прощались, он обнял меня и сказал: «Давайте останемся друзьями!»

Когда я делал фильм о Примакове, я воспроизвел этот сюжет и сделал закадровый текст таким, какую ассоциацию вызвала у меня эта сцена прощания: палач заносит топор над жертвой и, наклонившись к уху приговоренного, вознося глаза к небу, шепчет: «Будешь там, помолись за меня!» – и опускает топор…

17 августа 1999 года Примаков объявил о своем согласии возглавить блок «Отечество – вся Россия».

Это было воспринято на «ура!». Но затем ситуация изменилась. Появилась необходимость объединения этого блока с фракцией «Единство» в парламенте. И принципиальный Примаков принимает решение покинуть свой пост. У него появились расхождения с более прагматичным Юрием Лужковым.

Ирина Хакамада так прокомментировала в то время уход Примакова с поста руководителя фракции: «Очень часто Примаков занимал принципиальную и жесткую позицию с уклоном в левый центр, не совпадающую с более радикальными правыми взглядами «Единства», как правило, обслуживающего власть.

Это мешало процессу объединения фракций».

Характеризуя этот поступок Примакова, следует вспомнить реплику Александра Андреевича Чацкого из комедии А.С. Грибоедова «Горе от ума»: «Служить бы рад, прислуживаться тошно». В этом весь Примаков.

И снова фрагмент из интервью, которое дал Примаков вскоре после этих событий:

«А с Юрием Лужковым, какие у вас сегодня отношения? Ведь по вашим собственным словам, о слиянии «Отечества» и «Единства» вы узнали из газет? Получается, вас «кинули»?»

– Я не член «Отечества» или любой другой партии. Я исхожу из того, что Лужков принял ту реальность, которая существует. Отношения с Ю.М. Лужковым не теряют доверительности, но каждый занимается своим делом.