Рагнар-викинг

Но по тому, как он шумно сосал, уткнувшись в грудь, будто поросенок, я поняла, что его отец – великий вождь и любимец женщин.

– Хм. Это не доказательство. Как он был одет?

Взгляд Китти окаменел:

– Как я могу вспомнить? Ведь прошло столько времени. Но одежда была из отличной шерсти.

– Торговец не сказал, как он попал к нему?

– Ютский торговец получил его вместе с грузом в Шлезвиге. Кроме всякой всячины – рабы и дети, проданные родителями с равнины, где в том году был неурожай.

– Безусловно, он язычник, но что, кроме твоего сердца, может доказать его благородное происхождение?

– Он был толстым и хорошеньким и привык больно сосать грудь до того, как его привез в Шлезвиг датский торговец.

Его корабль проделал долгое путешествие. У ребенка была срезана прядь волос, видно, на память.

– Любая кормилица могла сделать это.

– Датский торговец очень спешил отплыть, словно боялся преследования. Еще он купил новые паруса и снасти, в которых не нуждался. Он явно хотел изменить вид своего корабля.

И если ребенка продали бедные родители с равнины, то почему никто из других детей не знал его? Вот доказательство того, что его принесли на корабль тайно.

– Ха, теперь я не сомневаюсь, что это – пропавший внук Карла Великого! – сказал Эгберт со смехом. – Который теперь пасет свиней на севере.

– Высокорожденный я, или нет, господин, но я – датчанин, – сказал я горячо и быстро.

– Датский или ирландский свинопас, ты – мой раб. Как это случилось, я и сам не очень понимаю, я не был таким трезвым, как хвастался перед этим дубоголовым.

И мне бы очень хотелось узнать, почему Меера подстроила все так, чтобы отдать тебя Хастингсу. Китти, она любит Хастингса как сына, но позволит ли она ему расквитаться за утерянную красоту?

– Она любила что-то давным-давно, – ответила Китти.

– Это то, что она ищет по торговым городам от Готланда до Тулузы?

– Она ходит по кораблям Рагнара, торгуя для него. Часто серебряную статуэтку можно продать на вес золота.

Она знает цену каждой вещи, которая продается и покупается, и в каком городе выгоднее это сделать. И если есть у алмаза малейший изъян, а мех соболя слишком блестит на солнце, то глуп тот торговец, что попытается скрыть недостаток. У Рагнара имущества больше, чем у Хоринга, и он может купить сколько угодно мечей, кораблей и людей.

Тем временем я таращился на Китти, едва не разинув рот. В моем животе было пусто, и меня пробирала дрожь.