Лила

Но сегодня у этого костра, мне бы хотелось молчать и внимать вашим словам.

Старшего из сирийцев слова Франческо очаровали. Улыбнувшись, он процитировал древнее изречение:

– Не старайся занять место получше, если оно по праву принадлежит тебе, ты непременно будешь на нем восседать.

Франческо учтиво поклонился старцу.

За разговорами о Вечном время пролетело незаметно. Начало светать, и у костра остались только молодой Латерано и суфий-богослов.

– Кто твои родители? – спросил Умар у Франческо.

Исполненное благородством сердце не позволило солгать, да и скрывать ему было нечего.

Умар не представлял для него опасности. Добрый нрав богослова покорил Франческо, и тот рассказал, зачем прибыл в эти благословенные земли. Внимательно слушая его рассказ Умар , поглаживал свою посеребренную временем бороду , легко кивая, он выражал понимание. Когда Франческо закончил говорить , Умар сказал ему:

– Меня восхищает твое бесстрашие. Ты идешь по великому пути. А это значит, что ты из числа ищущих. Всякий ищущий – мой брат.

Я отвезу тебя к могиле твоего благородного предка, а затем ты погостишь у меня. Я позволю тебе воспользоваться своей библиотекой, после чего благословенно провожу тебя с останками твоего благородного прадеда на родину.

Франческо был тронут предложением Умара и без лишних раздумий согласился отправиться в путь с новым другом. Утром следующего дня, попрощавшись с пилигримами, он отправился к месту, указанному на карте, которая передавалась в его семье из поколения в поколение.

Спустя два дня пути, они были в нескольких верстах от Иерусалима. Чтобы не привлекать к себе внимания случайных попутчиков, было принято решение дождаться темноты. Не теряя времени, путники раскинули шатры. Умар достал сухие лепешки и овечий сыр.

– Знал бы ты, какой сыр и вино готовят у меня на родине! – похвастался Франческо.

– Я не пью вино. Наша религия запрещает человеку одурманивать себя, – ответил Умар.

– А разве философия суфиев, выходящая за рамки догм, не одурманивает? – спросил с улыбкой Франческо.

– Это не одурманивание, – с гордостью заявил Умар и продолжил, – пророк сказал, что неравны знающий и незнающий, а в священном Коране говорится: «Воистину это писание для обладающих разумом». Еще есть упоминание о том, что Всевышний всегда доволен своими рабами, рассуждающими о Нем. Господь, Сущий. Он Сущность, и личностный его аспект невозможно осознать не предаваясь рассуждениям.

– У Сущности нет личности, – возразил Франческо.