Век невинности

Они старались как можно реже выбираться в город, а когда делали это, то отклоняли все приглашения, ссылаясь на состояние здоровья миссис Ван-дер-Лайден. Ньюлэнд поспешил на выручку к своей матери:

«Все в Нью-Йорке знают, что вы с миссис Ван-дер-Лайден пользуетесь исключительным влиянием. Вот почему миссис Мингот чувствует себя обязанной посоветоваться с вами, как предотвратить скандал, который назревает вокруг графини Оленской».

Миссис Ван-дер-Лайден переглянулась со своим мужем.

«Этот принцип мне не нравится, – сказал, наконец, мистер Ван-дер-Лайден.

 – Если представители известного клана поддерживают свою… э… заблудшую овечку, – чего еще желать?»

«И я так думаю», – кивнула миссис Ван-дер-Лайден с таким видом, точно ей в голову пришла оригинальная мысль.

«Я понятия не имел, – продолжал мистер Ван-дер-Лайден, – что дело так далеко зашло». Он сделал паузу и снова посмотрел на свою жену:

«Кажется, дорогая, эта графиня Оленская – наша дальняя родственница, – так, седьмая вода на киселе, по линии первого мужа Медоры Мэнсон.

Так или иначе, мы с ней уж точно породнимся, когда состоится свадьба Ньюлэнда.»

Он повернулся к Ньюлэнду и спросил:

«Вы читали утреннюю „Таймс“, Ньюлэнд?»

«Да, конечно, сэр», – ответил молодой человек, который обычно «проглатывал» с полдюжины страниц за чашкой кофе.

Супруги снова переглянулись. Две пары выцветших голубых глаз долго вели немые переговоры. Но вот миссис Ван-дер-Лайден чуть раздвинула губы в улыбке.

Судя по всему, она правильно истолковала значение взгляда своего мужа и была готова подыгрывать ему.

Мистер Ван-дер-Лайден сказал, обращаясь к миссис Ачер:

«Если здоровье Луизы позволит ей (и я прошу вас передать мои слова миссис Ловелл Мингот), мы будем счастливы… э… занять места Лефертсов за ее обеденным столом, – он снова сделал паузу, стараясь понять, уловили ли остальные скрытую в его словах иронию. – Но не знаю, может ли миссис Мингот и в самом деле рассчитывать на наше присутствие».

Миссис Ачер сочувственно вздохнула. «Но Ньюлэнд говорит, – продолжал он, – что читал утреннюю „Таймс“; поэтому, вероятно, он видел фотографию родственника Луизы, князя Сан-Острейского. Он прибывает сюда на следующей неделе на теплоходе „Россия“. Князь намерен подготовить к Международной регате, которая состоится следующим летом, свою яхту „Минерва“. Потом он собирается поплыть под парусами в Тревенну и там принять участие в охоте».