Жар-птицы стаями не летают

В одно и то же время, в одной и той же точке на земном шаре один и тот же мир может быть различным для двух людей. Различным – глазами этих людей. Значит, дело не в мире, а в глазах?! Чьи глаза? Кому они принадлежат? Пессимисту? Нытику? Оптимисту? Искателю истины? Гармоничному человеку? Бомжу или святому? Для всех он будет разным. Вот таков он этот мир. Он иллюзорен. Его иллюзорность подтверждается тем, что один и тот же, он разный для всех людей в одно и тоже время, в одном и том же месте, как и для одного человека в разные времена.

Истинный мир, его красота открывается человеку только тогда, когда он избавляется от критической массы шелухи (ментального мусора) – оценок, суждений, привязок, агрессии, чувства несправедливости и прочего эмоционально-идейного хлама. А пока… представьте себе кинотеатр. Полный зал. Когда зрители выходят после окончания сеанса, вы их спрашиваете, что они смотрели. И выясняется, что один смотрел фильм про войну, другой – сказку, третий – ужастики, пятый – фигурное катание и так далее. И один подавлен и испуган от увиденного, другой радостный вдохновленный. Каждый видел на экране свое. Вы недоумеваете: «Как такое возможно?» Вот таков он наш мир – иллюзия. Экран один, помещение одно, а образы, ассоциации у всех возникают разные. А глазами звезд (не людей) мир каждую минуту, каждый день одинаков. Каков он был неделю назад, такой он и будет через месяц. Не об этом постоянстве идет речь, а о законах, по которым этот мир сотворен и живет (планеты вращаются строго по заданным траекториям, что бы себе ни думали-предполагали молекулы и атомы). Безусловно, мир меняется – идет эволюция во Вселенной. Но законы мира остаются прежними. И две тысячи лет назад он был почти таким же: кто-то то радовался, то огорчался, кто-то то возносился, то падал. Почему «почти»? Задумайтесь хотя бы на мгновенье… опыт. Мы имеем мировой опыт созидания, расцвета и разрушения за несколько тысячелетий. Особенно за последние сто лет. Опыт бессмысленности вражды и войн. Опыт лицемерия и невежества одних религиозных деятелей и самоотверженности и преданности своей вере, своим убеждениям других. Опыт фанатизма, бредовых идей, идеологических лидеров и их успешность в одурачивании своей паствы. Опыт, который только слепо-глухому не покажет очевидность того, что любая идея, замешанная на насилии, на крови, обречена на крах, как бы искусно она ни маскировалась под благочестивую. Опыт, показывающий, как легко при дефиците любви в обществе.