Амстердам

Неожиданно путешественникам открылся остров, возле которого удачным выстрелом один из моряков убил медведя. Остров голландцы назвали Медвежьим и, пробыв там четыре дня, двинулись дальше, к Груманту (Шпицберген).

Взяв курс на северо-запад, мореплаватели вскоре увидели землю, которую вначале приняли за Гренландию, а на самом деле это был западный берег Шпицбергена. Рейп записал в корабельном журнале: «Мы дали этой земле название Spitzbergen, потому что там много заостренных вершин. Хотя эта страна расположена под 80° широты и еще севернее, она изобилует зеленью и травой и вскармливает травоядных животных…».

Из-за непроходимых льдов корабли повернули на юг и снова подошли к Медвежьему острову. Рейп предложил искать проход к северу от Шпицбергена, а затем повернуть на восток. Баренц настаивал на том, что надо идти сразу на восток от Шпицбергена.

Корабли разделились, так как Баренца поддержал капитан Гемскерк. Их корабль пошел сразу на восток и 17 июля 1596 г. подошел к Новой Земле, а потом резко повернул на север.

Корабль Баренца во льдах. С гравюры конца XVI в.

Кораблю грозила опасность быть раздавленному льдами, поэтому моряки сняли с него все необходимые вещи, оружие, продукты, снасти и паруса. Из плавника они построили избушку с очагом и дымовым отверстием, обшив ее снятыми с корабля досками.

Зимовка для голландцев оказалась очень тяжелой. Почти все они страдали цингой, но из 17 моряков не дождались весны только двое. Отремонтировать корабль, побывавший в ледяных тисках, не представлялось возможным. Голландцы подготовили к плаванию две шлюпки, приладив к ним паруса.

В середине июня они отправились в опасное плавание. Баренц и еще один матрос были тяжело больны, в шлюпку их перенесли на руках. По бурному морю зимовщикам только на шестой день удалось обогнуть Ледяной мыс.

Когда больной матрос умер, Баренц сказал, что ему тоже осталось недолго жить. Он долго рассматривал карту, потом попросил воды и умер. Это произошло 20 июня 1597 г. Один из участников экспедиции писал: «Смерть Виллема Баренца причинила нам немалое горе, ибо он был нашим главным руководителем и незаменимым штурманом». Тело его было опущено в море, которое с середины XIX в. носит имя прославленного мореплавателя.