Темная волна. Лучшее 2

В сырой тени он присел отдохнуть. Невдалеке тихо перешептывающиеся бомжи жгли костер. Голос, молчавший до этого, заговорил вновь:

– Ты, короче, на работу сейчас ломиться не вздумай. Там по-любому обыск уже идет. В лебедя скрутят – и в КПЗ. Двигай домой пока. Менты не успеют твою тачку так быстро пробить, есть время собрать сумку и сдриснуть.

Степан Семёныч задумался о своих перспективах и чуть не зарыдал в голос.

– Не ссы, Стёпа, прорвемся, – прозвучало в голове.

– Кто ты такой? – спросил Кощеев.

– Я – инопланетный космический червь с Альфа Центавры, – ответил голос.

 – У меня тарелка в лесополосе под Мытищами лежит.

– Что? Серьезно? – Степан Семёныч почувствовал, как подступает истерика.

– А какая разница? – удивился червь. – Давай лучше дергать отсюда, пока время есть.

У костерка поднялась с корточек темная фигура. Донеслись шаркающие шаги – человек приближался.

– Мужик, есть закурить? – вместе с сиплым голосом до Кощеева донеслась вонь мочи и немытого тела.

– Нету, – ответил он.

– А хули приперся, если нету? – незатейливо прикопался люмпен.

– Въеби ему, Стёпа! – посоветовал голос. – Бей и беги!

Но Степан Семёныч лишь поднял на незнакомца усталый взгляд и сказал:

– Отвали, а? Нет сигарет.

Бомж раздосадовано пожал плечами и ударил Степана Семёныча коленом в лицо. Возле костра зашумели, раздался топот нескольких пар ног.

– Ну, началось, блядь… – протянул голос.

Кощеев пружинисто поднялся на ноги.

Когда он вышел на свет, накидывая капюшон и слизывая чужую кровь с руки, из темноты за спиной доносилось только еле слышное поскуливание.

В голове раздалось:

– Да уж, у нас на Альфа Центавре такой херни нет.

* * *

Зинаида никак не ожидала увидеть его на пороге. Она стояла и разевала рот, как выброшенная на берег рыба, глядя на мужа, с ног до головы покрытого бурыми пятнами крови. Вгляделась в его лицо, превратившееся в одну сплошную гноящуюся язву и скривилась. Степан Семёныч зыркнул на жену снизу-вверх и протиснулся между ней и дверным косяком в квартиру.

Только тогда Зинаида засуетилась, забегала за его спиной, торопливо запахивая наспех накинутый халат.

– Стёпа, а ты чего так рано? Чего не на работе? – Яда не слышалось, лишь испуг. – Я думала, ты позже вернешься.

– Она вообще-то думала, что ты не вернешься совсем, – вставил червь.

– Я знаю, – огрызнулся Кощеев в ответ.

– Что ты знаешь, Стёпа? – пискнула жена.

– Я не тебе.

Он пошел было в комнату, не заметив сперва этого звука.