Недолюбленные дети. Записки психолога

Помогать детям с их проблемами, коллегам – в решении их трудностей и в целом налаживать процесс взаимодействия между детьми и взрослыми, между жизнью внутри и жизнью снаружи данного заведения. И еще много чего должна была.

Но именно в то время ломалась моя собственная жизнь. Сложно описать происходящее. Любая мелочь кажется важной, боишься упустить что-то, потерять часть прожитого. Даже в незначительной детали может скрываться целый мир совпадений, открытий, познаний, переживаний. Мне с детства запомнилась фраза главного героя австралийского мультика «80 дней вокруг света»: «Жизнь – цепь, а мелочи в ней – звенья.

Нельзя звену не придавать значенья». Моя цепочка порвалась в один момент, когда разрушилась моя собственная образцовая семья с 17-летним стажем. Душа умирала, сердце разрывалось, мозги кипели. Были личная терапия и духовные искания, поездка за тишиной в Индию, чувство вины и самообвинения, боль предательства, неуверенность, сомнения в завтрашнем дне, масса переживаний и страхов. Облегчала состояние способность честно признать все происходящее.

К началу этой истории я имела много, но была ли во всем этом я сама и где – не знаю. Мне не приходилось работать в привычном смысле: частная практика консультирования служила источником опыта и профессионального роста, занятия с детьми в воскресной и в общеобразовательной школах были скорее для души, организация и проведение семинаров – для самосовершенствования. Любимая специальность требовала постоянного роста и обучения.

А потом все изменилось. Легкость бытия сменилась поисками его смысла. Возникла необходимость работать. На Востоке говорят: «В чем нуждаешься сам, в том и помогай другим». Я хотела любви, без нее мне было не выжить. Но работа была нужна еще и для того, чтобы заново учиться быть самостоятельной.

Пока я искала работу, она нашла меня сама.

Все было новое: женский коллектив, строгое расписание, контроль прихода и ухода, планы, отчеты. Государственное предприятие закрытого типа. Надеялась, что документы от предыдущего работника останутся, будет на чем учиться, но кабинет оказался пустым.

Знакомая удивилась моему выбору, с легким злорадством спросила:

– Решила спасти мир?!

– Какой спасти! Спасаюсь сама.

Сбежать захотелось в первый же день. Это правда. Подумала, что не смогу здесь. Играть для каждого участника общего процесса отдельную роль, быть между детьми и взрослыми, менять маски – на все это надо иметь силы, а у меня их не было.