Знак ворона

Конечно, мертвые не слишком разговорчивы, но на трупах могут быть метки Глубинных королей.

Эх, дерьмово вышло. Надо было взять с собой команду. Я позволил сантиментам перевесить здравый смысл и чуть не сдох в результате. Ост был частью моего прошлого, а его я привык держать в кулаке, прятать стыд подальше. Будто оно меня нынешнего и не касалось. Нельзя позволять такое снова. Я уже не мальчишка, на мне ответственность, люди надеются на меня, ждут работы и получки. Головой думать надо.

Чистый и приодетый, я засел за стол и тут же смел на пол вчерашние бумажки.

Старые слухи, полусырые доклады. Уже которую неделю не поступало ничего серьезного. Может, потому мешкоголовые и застигли меня врасплох.

Я смертельно устал и вымотался, то и дело сплевывал в корзину, но несколько часов спустя кофе остыл, а я снова ощутил себя человеком. Роскошный кабинет с панелями темного дерева, кожаными креслами и старыми добрыми масляными лампами поднимает дух. А может, дело в бренди.

Мы окружаем себя роскошью так, словно богатство и излишества могут заслонить от нас все беды. Хотя наверное, и в самом деле могут, пусть и ненадолго.

– Похоже, бурная у тебя выдалась ночь, – заметил я, когда приковылял Тнота.

Слабовата дисциплина у лучшего навигатора по Мороку. Рубашка торчит из штанов, воняет, как из винокурни. Тнота с крайне горестным и страдальческим видом шлепнулся в свое кресло, на толстенные подушки. Опять переживает из-за своих же безобразий?

– Надо думать, у тебя все сложилось удачнее, – буркнул он.

Ну да, исчерпывающее объяснение. Я всю ночь убивал, он – пил. Как обычно. Хотя я в последнее время чаще отдаю приказы, чем сам машу мечом. А Тнота плавно и умело перешел из навигатора в статус моей правой руки. Ирония судьбы – своей-то у него не было.

– Глаза у тебя стеклянные. Опять не спал, – пожурил он. – В кровать тебе надо.

– Сегодня посплю, – пообещал я.

– Ты это говоришь каждый день, и через раз врешь.

Большой Пес сказал, что…

Но тут его одолела зевота, на время спасшая меня от очередного алмаза собачьей мудрости.

Меня пробила дрожь, хотя в камине вовсю плясал огонь. Если я простыну и умру от купания в вонючем канале, то уж точно заеду смерти между ног.

Валия пришла в контору промокшая и замерзшая. Она скалилась на небо так, будто оно оскорбило ее лично. На месте неба я бы уже удирал в горы.