Знак ворона

Я купил угольные шахты, а там оказались алмазы. Я превращал деньги в деньги, и в еще большие деньги. Оказалось, плодить деньги – мой талант. Но я не хотел такой жизни. Я всегда хотел быть здесь и драться – и был бы, если бы не магия «малыша».

– Тебе не надо убеждать меня в том, что ты хотел драться. Тебе дали тот бастион, потому что ты мог его удержать. А теперь ты строишь Великий шпиль. Хочешь по-другому выплатить долг?

– Если бы жизнь была настолько простой, – с сожалением произнес Тьерро. – Приближается большое астрологическое событие – солнечная вспышка.

Два года назад я узнал, что Великий шпиль надо закончить до ее окончания.

Я мог бы стать бизнесменом, как Тьерро. Тогда моя жизнь пошла бы совсем иначе. Наверное, я сохранил бы прежнее имя, семью и не имел бы чертову татуировку ворона на руке. Но я всегда ненавидел мелочную денежную игру, переплетение интересов и лжи. Я предпочитаю врагов с копьем в руке тем, кто втихую купит мои сапоги, пока они еще на мне.

– Если ты хочешь, чтобы твой шпиль достроила Эзабет Танза, увы, ты крепко промахнулся.

– Ты ведь знаешь о Светлом ордене и учении Высоких свидетелей. Ты веришь в них?

– Меня еще нужно убедить, – заметил я.

Тьерро задумался. Затем наклонился ко мне.

– Можно ли сигару?

Я нахмурился. Скверная идея, но отказывать грубо. Он взял из коробки пару, разжег обе, протянул одну мне.

– Я видел Светлую леди. И не просто проблеск – настоящее видение.

– Многие так говорят.

Ну и что с того? Это поможет нам драться?

Тьерро внимательно рассмотрел сигару, глубоко затянулся, выдохнул облако дыма.

– Я тоже не верил. Но потом я увидел ее, и она исцелила меня своим огнем.

Я промолчал. Слушать в моем личном логове чужих людей, говорящих про Эзабет – это как шилом в хребет. А она там, в огне, потерянная, одинокая, загнанная в ловушку. Меня прямо скрутило от горя и боли – и от глубочайшей, лютой зависти. Эзабет никогда не приходила ко мне в яви.

В полудреме я видел ее, она тянула ко мне руку, будто звала – но Тнота прав. Я вижу то, что хочу видеть. А такие, как Тьерро, смеют говорить о том, будто видели ее взаправду. Высокие свидетели. Счастливчики.

Мать их!

Между нами клубился дым, но моя сигара потеряла вкус. Я вдыхал мертвый пустой дым.

Когда впервые появился светлый призрак, Дантри отправился его искать. Людям вокруг Валенграда – там, где была сеть фоса – являлось видение женщины.